Пленница мрачного лорда

 – Сокольничий Мелун уже стар, и его зрение не так остро, как было когда-то. Я помогала ему с птицами, но теперь, когда меня нет рядом, лорд Уриен может прогнать его или сделать еще что похуже.

– Но ведь там Роберт. Уверен, что он проявит благоразумие.

– Да, сэру Роберту благоразумия не занимать, – начала было Анвен, но осеклась. – Что я говорю?

– Ты только что похвалила англичанина.

Анвен не ответила на улыбку Тига.

– Я не настолько глупа, чтобы считать, что все мужчины одинаковы. Нельзя полагаться только на Роберта в деле спасения Мелуна… это всегда было моей обязанностью. Я должна вернуть Галли Уриену.

– Думаешь, Мелуну придется заплатить штраф за потерю ястреба? Это за его жизнь ты так опасаешься? – уточнил Тиг.

– Да, и…

– И? – повторил он, понимая, что в Брайнморе имеется еще кто-то, кого Анвен стремится спасти. Кто-то важный для нее.

– Есть женщина… за которую я очень боюсь.

Тиг внимательно всматривался в ее лицо, стараясь понять, врет Анвен или говорит правду. Все было довольно туманно, и у него еще остались вопросы, но все же он верил ей.

Кем бы ни была Анвен, ему она точно не враг. Не пришло ли время выяснить, что между ними общего?..

– Теперь вы позволите мне уйти?

– Ты разочаровала бы меня, если бы не задала этот вопрос снова.

Девушка повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза:

– Значит, можно?

– Нет.

Она снова отвернулась к Галли.

– Никаких возражений?

– Я знаю, что вы не поверили мне, когда я сказала правду. Словами вас не переубедить. – Помолчав немного, Анвен добавила: – Хотя бы назовите причину, побуждающую вас удерживать меня здесь.

– Ты и до того, как ударилась головой, была такой прямолинейной?

Анвен нахмурилась:

– Я просто хочу знать, зачем вы держите меня здесь?

Тиг едва сдерживал охватившее его волнение. Анвен, такая искренняя, такая открытая, была так близко…

– Зачем я держу тебя здесь? – переспросил он. – Полагаю, ты и сама знаешь, Анвен.

Тиг вступил в полосу лунного света, льющегося через окна, так что правая сторона его лица оказалась освещенной, а левая осталась в тени. Так же, как и его характер, понятный лишь наполовину.

– Нет, – прошептала она.

– Теперь ты все отрицаешь? Ты же чувствуешь то же, что и я.

– И что же? Страсть? Желание? В этом ваши потребности ничуть не отличаются от других мужчин, – насмешливо проговорила Анвен.

– Мои потребности всеобъемлющи. Они пробудились во мне, когда я увидел тебя на дереве, и лишают меня способности мыслить здраво сейчас, когда я вижу тебя стоящей передо мной. Если бы ты знала, как я хочу прикоснуться к тебе… – Тиг сделал шаг вперед и оказался стоящим почти вплотную к Анвен. – И я знаю, ты тоже этого хочешь.