Пленница Лютого

Если передо мной не будут отвечать, то перед Цербером. А все знают, что с ним шутки плохи.

Кровавая слава, когда Цербер всех убирал. Каждого неугодно, за малейший проступок. Кто с ним работал, то знают, что живим от него редко уйдешь.

Чего не знают – что Цербер меняются.

Но и знать не нужно.

Больше страха будет.

Я ведь тоже не всегда Лютым был.

– Лютый, а если кто-то подойдёт? Как раньше? – глушит вопросом, потому что я не хочу, чтобы кто-то подходил. Смотрел. Думал о ней. – Нам вмешаться?

– По ситуации. Если видите, что кто-то непонятный – вмешивайтесь. В крайнем случае. Не стоит ей видеть вас раньше времени.

– Поняли.

Не хочу раньше времени Кристину пугать. Пусть пока думает, что всё хорошо. Проблемы – моя забота. Разобраться, устранить угрозу. Моя задача её защищать.

Кристины – красивой быть и улыбаться.

Радоваться мелочам.

Собираюсь, потому что впереди целый день встречно. Удобно, что многие выбрались на курорт. Знала, златовласка, какое место выбирать. Хоть в этом помогла.

И нужно с каждым утрясти вопрос. Обсудить, что Кристину я сам накажу, моя ответственность. Только проблема в том, что не всех это устраивает. И по нашим порядкам они могут многое требовать.

Кристина – не жена, не невеста. Не дочь кого-то из дела. Так, девка, которая попала в мою постель. И у многих жестко вопрос стоит с тем, как с ней разобраться нужно.

А я так не собираюсь.

Моя пташка, мои решения.

Даже если придется половину партнеров уложить.

Лютый свихнулся – не новость.

Спасает то, что у Саида много связей. И семья вся в этом деле замешана, каждый свой кусок отхватил. Хаджиев хороший друг, хоть иногда ведёт себя как идиот. И взял на себя часть проблем.

Я разгребал дела с его пташкой, он – с моей златовлаской.

Честно.

Поднимаю воротник пальто, сверяюсь с часами. Одна встреча быстро закончилась, даже не начавшись. Короткий диалог, после которого претензии сняли. Не захотели со мной возиться.

А вот следующая – дрянь полная."

"Псих, похуже меня. Не раз бой мне предлагал. Я против его бойца, не по правилам. Поэтому и не в открытую говорил, а намеками. Потому что хотел свои лапы к Кристине запустить.

Ничего.

Недолго у него эти лапы будут.

– Ох!

С размаху в меня девчонка впечатывается, знакомым ароматом обволакивает. Обнимаю ладонями до того, как подумать успеваю. Прижимаю к себе Кристину, провожу ладонью по спине.

Какого хрена охрана не отчиталась, что она домой возвращается?

– Привет.

Говорит с неожиданной улыбкой. Мягкостью. Никакого раздражения в голосе, попытке потягаться со мной. Такая милая сейчас, что хоть сразу в постель. С чего такая щедрость?

Блядь.

Понимаю, что именно Кристину так подкупило. Не алкоголь и дурман. Не хорошее настроение, которым решила поделиться. Всё намного проще.

Твою мать.