Халид его пленница

Когда Халид придет в себя – он не только с Яна кожу спустить может. Ненавидеть меня можешь, но суть проста – ты меня и пальцем не тронешь. И моего сына тем более.

Кемаль вместо злости улыбается. Кивает моим словам, разворачиваясь. Спокойно спускается вниз. И что это было? Попытка разозлить меня? Так у него прекрасно получилось.

– Ада, вернись, - Нигяр кивает на спальню. – Не стоит сейчас девушке влезать в это. Послушай меня…

– Я знаю, ваши женщины послушны и знают, когда замолчать. Но Халид выбрал меня.

Я обижаю хорошую женщину своим тоном, но приказываю смотреть за Янаром и прошу Кемаля отправить ещё нескольких людей. Не могу оставить сына без присмотра, не могу просто ждать.

Пусть Халид весь дом разнесет, но я собираюсь узнать, что происходит. Я не его Турай, которая будет прятаться в спальне и ждать ответов. Я эти ответы выбью, если нужно будет.

– Было намного проще, когда ты притворялась милой.

Я не узнаю его, не сразу. Но кажется, что Лука ни капли не изменился. И изменился. Голова разрывается, сопоставляя образы. Мы ведь виделись всего раз с того момента, как Халид забрал меня.

У меня не было шансов объясниться, да и я не должна. Я делала то, что должна была. Каждый из нас рвёт за свою цель.

– Это время позади. Что с Халидом?

– Тебе стоит вернуться к образу Адель. Тихой, милой и держащей рот на замке. Если Халид умрёт, то власть перейдёт ко мне. А у меня к тебе личные счеты.

Смотрю на мужчину и не могу поверить, что он действительно это говорит. Добрый и милый Лука, который мне казался лучшим из бандитов. Я ведь даже думала, что в него могла бы влюбиться.

Если бы была нормальной.

А теперь он говорит как точная копия Халида. Не такая грозная, идеальная… Но копия. Тот же злобный взгляд, суровое выражение лица. Не мужчина – воин.

– Он не умрёт.

Отрезаю, не желая верить в обратное. Ищу новую жерту для перепалки, ссоры. Мне нужно выплеснуть на кого-то весь негатив, спустить яд на невиновного.

Потому что в тишине меня начинает колотить. Пальцы трясутся, даже когда сжимаю их в кулак. Меня всю колотит, выворачивает наизнанку. В горле – непроходящий ком, меня вот-вот вырвет.

Я агент ФСБ, я умею справляться со стрессом. Пережить плен, разговорить врагов, выжить. Я не слабая девочка, которая ждала рыцаря двадцать лет.

Я сама стала рыцарем.

Но в этот меня ломает. Почти слышу хруст позвоночника и надежды, как рассыпаюсь в пыль. От мысли, что мой пленитель мертв. Что всё закончилось, я стану свободной.

– Халид не умрет.

Повторяю сама себе, когда в доме начинается хаос. Приезжают врачи, следом машина с мужчиной. Меня отталкивают куда-то в сторону, охрана метушится.

Слышу лишь о том, что где-то в подвале что-то вроде местной операционной. Захудалой, но верной, чтобы не ехать в больницу. Не вызывать вопросов.