Пленница греха

Подняв глаза, она робко улыбнулась:

— Я так и не поняла, зачем вам все эти хлопоты. Ваше великодушие к незнакомке делает вам честь.

— Я питаю отвращение к несправедливости. Презираю тех, кто бьет слабого. Все во мне восстает против того, чтобы те, кто обращается с женщиной так, как обошлись с вами, оказались на коне. — Голос его был хриплым от переполнявших его чувств. — Пока в моем теле теплится жизнь, мисс Уотсон, я сделаю все, чтобы обеспечить вам безопасность и свободу.

Он тут же пожалел о сказанном.

Проклятие, проклятие, проклятие. Почему он не может держать свой чертов рот на замке?

Мисс Уотсон относится к нему с благоговением, она боготворит его, как героя. Но он этого не заслужил. Пообещав Чариз безопасность и свободу, сэр Гидеон снова замкнулся в себе.

Большую часть дня он спал. Или притворялся спящим. Точно она не знала. Зато она точно знала, что ему нравится любопытство.

Зато, притворяясь спящим, Гидеон предоставил Чариз возможность часами наблюдать за ним. Таинственное недомогание прошло, хотя он по-прежнему был бледен, черты лица обострились. Чариз чувствовала себя виноватой. Она понимала, что ее побег спровоцировал этот приступ, хотя не имела представления каким образом.

Она догадывалась, что приступы случаются у него регулярно. Что за болезнь его поразила? Чариз никогда ничего подобного не видела, хотя она выхаживала отца и мать, когда они болели, и помогала больным крестьянам, жившим в поместье.

Гидеон Тревитик поражал ее, восхищал. Всякий раз, когда Чариз смотрела на него, сердце ее начинало учащенно биться, голова кружилась. Это захватывающее возбуждение было пугающе незнакомым.

Возможно, ее чувства к нему были вызваны тем, что он ее спас. Вначале в Уинчестере, потом от негодяев в переулке Портсмута. Ее пробирала дрожь при мысли о том, что могло с ней произойти в Портсмуте, не появись Гидеон в самый критический момент, подобно ангелу-хранителю. Ведь она была на волоске от позора и смерти.

Чариз поняла, что ее интерес к нему не ограничивается благодарностью. Он красив, храбр, он страдал, и он был необычайно умен. Лишь от одного взгляда на него у Чариз дух захватывало.

В затянувшемся молчании был по крайней мере один плюс. Гидеон больше не задавал ей вопросов, следовательно, не заставлял ее лгать и при этом испытывать угрызения совести. Из осторожности Чариз по-прежнему скрывала свое настоящее имя, хотя знала, что Гидеон не предатель и ему можно довериться.

Скоро она окажется у него в доме. Возбуждение, смешанное со страхом. Если мир узнает о том, что она жила под одной крышей с ним без компаньонки, репутация ее погибла. Еще одна причина держать в секрете свое имя.