Пленница греха

Неужели она не понимала, что рискует? Но самый суровый выговор он приберег для себя. Какой же он легкомысленный ублюдок. Как мог он позволить ей сбежать? Ведь он догадывался о ее планах. Хотя, если принять во внимание ее травмы, он не мог представить, что она выберется из окна второго этажа и сможет пройти по обледеневшей крыше.

— Сколько времени прошло? — сквозь зубы прорычал он.

Талливер едва поспевал за ним.

— Пожалуй, не больше минуты.

— Она может быть где угодно.

Он пригнулся под низкой перемычкой двери и вошел в длинный коридор с каменным полом.

— Проклятие, — зло повторил он.

— Кого вы проклинаете?

Из бокового коридора появился Акаш.

— Мисс Уотсон сбежала, — резко бросил Гидеон.

Акаш схватил его за руку. Гидеон мгновенно замер, и Акаш убрал руку, пробормотав извинения. Но глаз не отвел.

— Я не могу вернуть тебе то, что ты потерял. Никто не может.

Гидеон поморщился словно от удара. Любому другому за эти слова Гидеон разбил бы челюсть.

— Думаешь, я об этом не знаю? — произнес он сквозь зубы.

— Тогда пусть она идет своей дорогой.

Он был многим обязан этому человеку. Здоровьем. Рассудком. Самой жизнью. Но сейчас у него не было времени объяснять ему то, что он сам с трудом понимал.

— Если я помогу ей, то тем самым отчасти очищу свою душу.

— Она незнакомка.

— Она в беде. Мы должны ее найти.

Несколько секунд Акаш пристально смотрел на него. Потом кивнул.

— У нее есть тетя в городе?

— Ложь. Она бежит от кого-то или чего-то. Сдается мне, она собирается испытать судьбу на улице.

— Она леди. Она не выживет.

— Выживет, если мы ее найдем.

При мысли о том, что эта гордая мужественная девушка в опасности, у Гидеона сердце разрывалось на части. Не проронив ни слова, Гидеон направился к черному ходу.

Они вышли во двор за кухней. Холодный ветер доносил запах горелого угля и моря. Прямо над ними была комната, из которой через окно выбралась девушка. День выдался пасмурный, но света хватало, чтобы разглядеть маленькие следы, ведущие к воротам.

Слава Богу, снег прекратился, но холод пронизывал до костей. Гидеон надеялся, что Саре хватило здравого смысла взять пальто. Он сунул руки в перчатках в карманы сюртука и пошел по следу. Верные друзья Акаш и Талливер отправились за ним.

Высокие деревянные ворота вели на грязную улочку между двумя глухими кирпичными стенами. Следы оборвались. Но это не имело значения. Один конец улицы заканчивался тупиком. Она могла пойти лишь в одном направлении — к шумной улице, на которую выходил фасад гостиницы.

Выругавшись, Гидеон перешел на бег. Даже в такое ненастье жизнь в городе кипела. Матросы всех национальностей. Солидные бюргеры. Полиция в ярко-красных мундирах. Фермеры из окрестностей в грубой крестьянской одежде.