Пленница генерала драконов (СИ)

— Итак, — дракон промокает губы салфеткой и швыряет её на стол. — Какие планы на ближайшую ночь у нашей принцессы?

— О чём ты? — я и вправду не понимаю.

— Короткая же у тебя память, Аурэлия, — усмехается Райгон, — на твоё счастье сегодня я добрый. Мы возвращаемся к тому, на чём остановились.

Он откидывается на спинку стула и скользит по мне откровенным взглядом. Хочется закрыться, что я и делаю. Скрещиваю на груди руки и вздёргиваю подбородок. Смотрю на него в ответ с холодным достоинством.

Нет, у него не получится вывести меня из себя. Не получится.

— Ближе к делу, Райгон, — цежу сквозь зубы.

— Склони голову, человечка, — тянет насмешливым тоном, будто разъясняет для меня очевидное. — Признай меня своим господином и склони голову, или…

— Или что? — подаюсь вперёд, впиваясь ногтями в гладкую скатерть и жалея лишь об одном: что на её месте не наглое лицо дракона.

— Тебе было мало? — глаза Райгона опасно сужаются. — Хочешь опять за решётку?

При упоминании подземелья по спине пробегает холодок. В памяти ясно встаёт капанье воды с потолка, мерзкий крысиный шорох и писк, запах мочи и сырости. Не выдерживаю тяжёлый взгляд дракона."

"Опускаю глаза и откидываюсь на спинку стула.

Нет, я не хочу опять за решётку. Я просто не переживу ещё одну ночь там.

Райгон словно мысли мои читает:

— Так я и думал, — довольно усмехается он. — Наша принцесса слишком привыкла к мягкой постельке. Признавайся, отцовская была такая же удобная, м?

Сжимаю край стола до побелевших костяшек. Драконий Бог! Что должно быть внутри у человека, чтобы из его поганого рта могло выходить такое?! Как?! Ладно я — я не питаю иллюзий насчёт его ко мне отношения. Но как он может думать подобное про родного отца?

Обиду на несправедливые обвинения сменяет жгучая ненависть. Всепоглощающая, дикая, сметающая всё на своём пути.

Я злилась на него и раньше, но сейчас всё иначе. Райгон добился своего — он беспощадно растоптал грязными сапогами те остатки нежности и тепла, что хранила глубоко внутри маленькая девочка, которая бегала с задиристым мальчишкой за красными ягодами ульдеи.

Вот только девочка помнит и чтит память об отце этого мальчишки, а потому она молча встаёт и идёт прочь, не оглядываясь, решив не сотрясать воздух никому не нужными оправданиями. Пусть сказанное останется на его совести. Пусть подавится тем, что последнее слово за ним. Должно быть, он теперь очень доволен собой.

— Стоять! — раздаётся ледяной голос за спиной.

Замираю на месте — слишком явная угроза, слишком опасно сейчас вступать в открытое противостояние. Всё-таки Райгон дракон, а я всего лишь слабая девушка. И никто, совсем никто сейчас мне не поможет.

Глухой звук тяжёлых шагов по каменному полу.