Пленница для двоих

У Ады часто панические атаки в случались. Помогала мне после с моими справляться. Но сейчас не получается кислород втянуть. Только голова кружится и перед глазами темнеет.

Кожу рвёт от того, что за ледяную ограду держусь. Вспоминаю о металле и самосохранении, отрываясь. Кожа красным горит, щиплет и дубеет мгновенно. Умом понимаю, что вернуться нужно. Найти вещи тёплые, согреться и мозги прочистить. Но сдвинуться не получается.

Стою ещё долго, сжимая телефон в руках. Убеждаю себя, что Аде не обязательно снова звонить. Она не обязана каждый раз меня из истерик вытаскивать. Просто думала эти дни о Владе слишком много, вот он и мерещиться начал. Всё с головы начинается, а у меня там полный сумбур происходит.

В тот торговый центр так и не возвращаюсь. Ловлю машину и прошу отвезти в любой другой. Где ещё не знают о странной девушке. Которая сначала по телефону охранника говорит, а после в приступе загибается.

— У нас дублёнки есть и пуховики.

Продавщица распинается. В утро вторника я у неё единственный покупатель. Удивительно даже. В таком виде появись я в Москве, никто бы не кинулся обслуживать. Глаза бы закатили и решение приняли, что я не смогу себе их одежду позволить.

— Просто пальто. Мне в машине ехать, не критично. И шапку. И шарф. В общем, полный набор.

— Конечно!

Девушка суетится, предлагая мне разные варианты. А у меня состояние не то, чтобы думать долго. Первое попавшееся выбираю, желтого цвета и с крупными пуговицами. Над остальным тоже долго не страдаю, выбирая классический черный цвет.

В этом же магазине переодеваюсь, складывая куртку Князя в пакет. Сразу чувствую, что пальто прохладней будет. Или я уже так нагрелась, что в новой одежде пробирает жутко. Вздрагваю от холода, в новый шарф заматываясь."

"Слежку за собой высматриваю, но ни одного подозрительного мужчины не вижу. Неужели они действительно просто так меня отпустили? Ни Князь, ни Миха не сопровождают, не просят отчитываться. Просто безграничное доверие, в которое мне слабо верится.

А ещё в то поверить не могу, что сейчас мужчины меня не обсуждают. Не говорят о том, какая я шлюха, под двумя оказавшаяся. Не совсем, конечно, но с Князем я многое успела. Спорила, а при этом ноги раздвинула и позволила ласкать меня. Ещё бы чуть дольше в тумане похоти осталась, и на большее бы пошла.

Миха только хуже делает. Своей мягкостью мужской, когда давит, но медленно это делает. Подчиняет себе, но при этом гнёт, а не ломает. И самой хочется в ответ тянуться.

— Сапоги, может? — продавщица во вкус вошла. Видимо, золотой билет вытянула, меня первой к себе заманив. Деньги выданные у неё собираюсь оставить, скупив сразу всё здесь. — У вас туфли, не совсем подходящие.

— Угги. Две пары.

Представляю, во что я вся превращусь спустя долгие дни поездок.