Пленительные наслаждения

Искрящиеся весельем глаза Квила прожигали ее насквозь. Согретая их теплом, она улыбнулась.

У Квила кружилась голова от пережитых ощущений. Еще бы! Счастливое провидение неожиданно шмякнуло ему на колени эту рыжую кошку – округлую и мягкую как воск. Он сдавленно засмеялся, а Габби в ответ разразилась громким хохотом.

Такими и увидел их Питер, когда вошел в гостиную.

Услышав звук открывшейся двери, Габби быстро повернулась. В первый миг она не сообразила, кто стоит перед ней в каких-нибудь десяти шагах. От смешинок в глазах Квила по ее телу побежали мурашки.

Когда она взглянула на того, кто стоял в дверях, лицо ее вытянулось.

Это был Питер. Ее будущий муж. Габби хотела шагнуть к нему, но передумала. А вдруг это… Да нет, это, конечно же, Питер. Его глаза. Карие, довольно приятные.

Каштановые у него волосы или нет, она не разобрала, так как он был сильно напудрен.

На нем был темный сюртук с расшитыми лацканами. Точно такой же узор украшал воротник и манжеты. А жилет! Это было что-то неописуемое. Шелк макового цвета с вышитыми на нем полевыми цветами. Тончайшее кружево манишки красиво дополнялось золотой каймой и спадающими с обеих сторон шеи шнурами, тоже золотыми. На ботинках блестели большие серебряные пряжки. Носки поражали необыкновенной белизной.

Габби даже рот открыла, но тут же опомнилась.

Сердце забилось так часто и сильно, что его удары резонансом отзывались в горле.

Ее будущий супруг не произнес ни слова. Он просто стоял и смотрел на нее, держа в руке черную шляпу. Комнату будто затопило море молчания.

Габби нервно кусала губу, но, вспомнив о хороших манерах, заставила себя улыбнуться. Только она собралась заговорить, как за ее спиной раздался грудной голос Квила:

– Как я понимаю, ты с чествования, Питер.

Питер – теперь она окончательно убедилась, что это именно он, – перевел взгляд на старшего брата.

– Сегодня второе ноября, Квил, – напомнил он, по-видимому, посчитав, что этого вполне достаточно. Затем сунул шляпу под мышку и сделал шаг вперед. – Мое почтение, – поклонился Питер, приблизившись к Габби. Затем повернулся к Люсьену, который по-прежнему держал на руках Фебу, и сделал еще один шаг. – Вам нет нужды отвечать мне, дорогой Бош. Я вижу, вам не до меня.

Габби тихонько кашлянула:

Питер повернулся к ней и осмотрел ее снизу доверху, от носков ее запятнанных туфель до спутанных волос. В его пристальном взгляде ясно читалось осуждение.

– Второе ноября – день рождения герцога Кентского.

Она почувствовала, как внутренности ее съежились, ужавшись до маленького узелка.

Питер наконец подошел к ним.

– Что с Кодсуоллом? Надеюсь, не покушение? Он не пострадал?

Квил покачал головой:

– Он налетел на кресло, – произнесла Габби чуть слышно. – Видите, мое платье все в чайных пятнах.