Пленённая принцесса

Затем аккуратно кладет меня на него, расстегивает мои джинсы и слегка их приспускает — как и свои. Располагаясь надо мной, Мико скользит своим членом в узкое пространство между моих ног и входит в меня.

Я до сих пор в джинсах, поэтому мои ноги крепко сжаты. От этого пространство для его члена еще меньше, чем обычно. Ощущение от фрикций просто невероятное. Мико едва-едва двигается во мне, а я крепко сжимаю его пенис по всей длине.

При первом же движении у Миколая перехватывает дыхание, словно он сейчас потеряет сознание.

— Боже, Несса, — стонет он. — Ты меня убиваешь.

— Почему? — спрашиваю я.

— Это слишком. Мне слишком хорошо.

Мне тоже умопомрачительно хорошо. Но есть кое-что еще. Я чувствую связь с ним, словно не только наши тела, но и наши души слились воедино. Я знаю, что Мико чувствует то же, что и я. Думает то же, что и я. Он любит меня так же, как я люблю его: безумно, беспричинно, безгранично.

Несмотря на то, что наши движения ограничены, но это и не важно. Мы оба долго сдерживались и жаждали друг друга. Разрядка наступает быстро. Менее чем через минуту я чувствую нарастающее тепло и удовольствие, которое копится и копится во мне, пока не переполняет. И тогда я кончаю, еще крепче сжимая его член. Мико тоже достигает оргазма, обнимая меня так крепко, что кости трещат. Он издает сдавленный звук, стараясь не кричать слишком громко.

Нам хочется полежать здесь подольше, но сейчас слишком холодно, и мои зубы уже стучат. Я встаю, подтягиваю джинсы и снова их застегиваю. Я чувствую, как его сперма вытекает из меня и как намокает мое белье. Мне нравится это ощущение. Оно такое первобытное и грубое. Явное свидетельство того, что я принадлежу ему и только ему.

Одевшись, мы целуемся снова.

— Я скоро верну тебя домой, — обещает Мико.

Он знает, что «домой» — это больше не дом моих родителей.

Иногда вместе с ним ко мне приходят Марцель и Клара. Мы смотрим фильмы в кинотеатре внизу с польскими субтитрами для Клары, потому что ее английский до сих пор отстойный. Я вижу, что моих родителей раздражает, когда они слышат, как мы все вместе разговариваем на польском. Они смотрят на меня как на подменыша.

Родители до сих пор не смирились с переменами, произошедшими во мне. Моя мать хочет, чтобы мы делали все то же самое, что и раньше: ходили вместе по магазинам, устраивали бранчи, посещали мероприятия. Я сопровождаю ее и пытаюсь казаться веселой, чтобы соответствовать маминым ожиданиям. Но я ужасно скучаю по Мико. Вот где проходит граница между нами. Моя мать отказывается обсуждать месяц, когда меня не было дома. Она хочет, чтобы я оставалась такой же, как прежде. Но я просто не могу, как бы сильно ни старалась.

Как ни странно, кажется, что больше всех моему возвращению обрадовалась Риона.