Плененное сердце

— Вряд ли ты сможешь ехать верхом с таким животом, — пожал он плечами.

— На конюшне стоят две мои лошади. Я не уеду без них, — заупрямилась Аликс.

— Две лошади? — переспросил он.

— Я ушла из Вулфборна пешком, оставив в конюшне свою кобылку. Побоялась, что, если заметят пропажу, поймут, что я сбежала. Но кобыла моя, и я ее уведу. Это подарок отца, упокой Господь его душу. Ну и еще та, на которой меня схватили. Бэб знает, какие из лошадей мои. Пошли одного из своих людей вместе с ней.

Роберт кивнул и сделал, как просила Аликс, после чего помог ей залезть на телегу и положил на колени тяжелое меховое одеяло.

— Пойду скажу Кольму, что ты готова к отъезду, — бросил он на ходу.

Сэра Удолфа и священника уже успели привязать к стульям. Люди лэрда нашли перепуганных слуг, тоже связали их и оставили в кладовой, маленькой комнате без окон, дверь которой заперли снаружи. Рано или поздно кто-то сумеет освободиться и освободит остальных. Вряд ли за шотландцами организуют погоню: слишком мало арендаторов осталось у сэра Удолфа.

— Аликс уже в телеге, племянник, — сообщил Роберт. — Идем. Думаю, здесь нам больше делать нечего, а погода ухудшается. Путь неблизкий, с телегой быстро не поскачешь. Но леди не может ехать верхом. С таким-то брюхом!

Малькольм, не оглянувшись на что-то бормочущего сэра Удолфа, выбежал во двор, чтобы поздороваться с женой. Она уже устроилась на сиденье и завернулась в меха. Вскочив в телегу, он крепко поцеловал Аликс. Та, как всегда, растаяла в его объятиях.

— Доброе утро, господин мой муж, — улыбнулась она. — Спасибо, что пришел за мной. Нам с сыном не терпится поскорее оказаться дома.

Большая рука погладила ее щеку.

— Поверить не могу, что ты со мной, — прохрипел он. — Больше никогда не позволю тебе попасть в такую историю, ягненочек. Прости меня!

— О, Кольм, как мог ты… мы… знать, что сэр Удолф в своем безумии велит меня похитить? Ты ни в чем не виноват. Мы снова вместе, и я больше с тобой не расстанусь.

Она нежно поцеловала его в губы.

Лэрд улыбнулся жене и, увидев вторую женщину, сидевшую в задке телеги рядом с сундучком, удивленно спросил:

— Кто это?

— Бэб была моей служанкой еще в первый мой приезд в Вулфборн: Когда я сбежала, барон стал жестоко обращаться с ней, винил ее в моем побеге, даже избивал, хотя она, конечно, ничего не знала о моих планах. Я не оставлю ее здесь, Кольм. Она станет нянчить нашего малыша.

— Если она хорошо служила и пострадала из-за тебя, значит, будет желанной гостьей в Данглисе, — кивнул лэрд. — А что это за лошади привязаны к телеге? Я узнаю нашу кобылку, но вторая?

Аликс наскоро объяснила, в чем дело. Малькольм ухмыльнулся:

— Рад видеть, что ты становишься настоящей шотландкой, ягненочек! Если лошадь действительно твоя, значит, будет глупо оставлять ее здесь еще раз.