Из ледяного плена

"

"Эти двое вечно пикировались, и в любом другом случае Зубов улыбнулся бы очередной словесной дуэли, но не сейчас. Мышцы на его лице настолько одеревенели в постоянной попытке сдержать гримасу боли, что практически не шевелились.

– Меня вы, я так понимаю, от расследования отстраняете? – скучным голосом уточнил он у Никодимова.

– Почему же? – удивился следователь. – Ты, конечно, к этой Борисовой подобрался очень близко, так что ее разработку я тебе доверить не могу, конфликт интересов как-никак. А вот версия, что убийство совершил второй ученик Волкова – Кононов, на тебе.

– Так ведь он все это время был в Китае. Уехал за неделю до преступления, а вернулся только сейчас, да и то из-за форс-мажора.

– Вот это ты и проверь. Может быть, все это для отвода глаз. В конце концов, труп Волкова нашли на его даче. Вряд ли ключи от нее могли быть у большого числа людей. И вряд ли Волков принял бы приглашение туда от постороннего человека. Он не мог не знать, что его ученик в бизнес-командировке, и должен был как минимум насторожиться, когда его позвали на чужую дачу.

– Нет, если приглашение поступило от Борисовой или Корсакова, – снова вступил в разговор Костя. – И тот, и другая могли сказать, что Кононов попросил что-то там забрать, или оценить какую-то картину, или проведать жену с ребенком. Я не знаю. Поводов для визита можно придумать множество. От близких людей не ждешь подвоха. А может, такая просьба и правда была.

– Вот как раз это Зубов пусть и проверяет. В общем, Алексей, все, что связано с Кононовым и его семьей, – на тебе.

Работать не было сил, но и не работать совсем нельзя. Кроме того, Зубов, как опытный оперативник, допускал вероятность того, что Велимира ни в чем не виновата. Мало ли как на даче Кононовых оказался ее шарф. Вероятность, конечно, небольшая, процентов десять, но и ее отработать следовало до конца.

До того как все выяснится, он не собирался больше встречаться с этой девушкой. Это как минимум непрофессионально. Решили, что о том, что тело Волкова найдено, ее известит Мазаев, заодно пригласив Борисову на беседу. Костя сделал это сразу после совещания, и Зубов на время его разговора вышел из кабинета, настолько невыносима была ему мысль о том, что его коллега и напарник сейчас слышит ее звонкий голосок.

Он просто физически представлял, как ровная благожелательность сменяется в нем тревогой. А потом ужасом. Вот только чем был вызван этот ужас? Тем, что любимый дядя Сава все-таки найден мертвым, или тем, что это произошло раньше времени из-за незапланированного возвращения Кононова домой?

В телефонном разговоре Костя, разумеется, ничего ей не скажет про найденный шелковый шарф.