Племя Огня

Правда, сырцовый кирпич на этом почти закончился, и нужно было просить Андрея Викторовича перебросить на стройку еще один штабель на пять тысяч штук и подвезти к яме еще сухой глины из раскопа.

Эту просьбу Петрович и высказал коллеге, когда тот, как всегда последним, появился за обеденным столом. В ответ Андрей Викторович сказал, что лучше он оставит ключи Антону Игоревичу, а то у него самого и на холме слишком много дел. Сухое бревно он почти распилил, но ведь еще надо начинать долбить лицевую канавку для каменоломни. И, кстати, целую кучу сухих тридцатисантиметровых чурбаков (сколько поместилось в кузов) он уже сбросил прямо возле цеха. Пользуйтесь.

Сам геолог, в общем, был не против немного поработать водителем. Лично ему на кирпичном заводе уже давно ничего не приходилось делать своими руками. Работа была налажена, и от начальника требовалось только контролировать процесс и осуществлять надзор за качеством. Так и договорились. В результате УАЗ остался в береговом лагере, а Андрей Викторович ушел к себе на холм пешком.

После обеда, когда Лиза с частью девочек занялась приемкой и укладкой сырцового кирпича, а остальные ее работницы продолжили кладку, Сергей Петрович с Валерой, отложив пока в сторону сухие чурбаки, обратили весь свой энтузиазм на изготовление дверей. Их, собственно, требовалось всего девять штук. В первую очередь – четыре внутренних, облегченных, в казарму, а после них – пять тяжелых, наружных, рассчитанных на большой перепад температур.

Дело в том, что путем нехитрых расчетов Петрович установил, что семь сантиметров дерева, в данном случае сосны, окажут тепловому потоку такое же сопротивление, как и стена из сырцового кирпича, сложенная на каркасе и оштукатуренная с двух сторон глиняно-опилочным раствором толщиной в два с половиной сантиметра. В отапливаемом помещении это чрезвычайно важно, поскольку если дверь будет иметь пониженное сопротивление тепловому потоку, то в зимнее время на ней обязательно появится чрезвычайно нежелательный конденсат. Поэтому внешние двери, набранные по внешней поверхности из двух слоев двухсантиметровых досок, а по внутренней из двух слоев сантиметровых, без косяка весили восемьдесят пять килограмм, а с ним – и все сто пятнадцать. Тяжесть неподъемная, и на своих шарнирах такая дверь вращалась нехотя. Правда, высохнув, она станет на сорок процентов легче, но этого момента надо было еще дождаться.

Но, несмотря на все свои недостатки, двери очень понравились и полуафриканкам, и девочкам из Лизиной бригады – в смысле той надежности, с которой они отрезали их жилое помещение от злого и недружелюбного окружающего мира. Задвинь засов – и спи себе спокойно, не вздрагивая от каждого шороха в темноте.