Галоша для дальнего плавания

 — Ну, так все, не видать нам его как своих ушей!

— К счастью, пока не продала: в цене не сошлись. Антиквар ей предложил слишком мало. Самое большее, сказал он, двенадцать тысяч. А ей нужно было семьдесят пять. То есть теперь уже восемьдесят, раз вы говорите, что ее приятель все проиграл.

— Но теперь мы, по крайней мере, знаем, что кулон у нее! — удовлетворенно проговорил Василий Макарович.

А у меня такой уверенности, к сожалению, не было. Ведь я не видела кулон своими глазами. Слышала только, как Лена говорила про какую-то дорогую вещь. Правда, делиться своими сомнениями с дядей Васей я не стала, оставила их при себе.

Тем временем, пока мы обсуждали свои сегодняшние достижения, «сладкая парочка», закончив выяснять отношения (точнее, просто прекратив это бессмысленное занятие), тронулась прочь со стоянки. Их дорога лежала мимо нашей машины, и мы с дядей Васей, не сговариваясь, пригнулись, чтобы они нас не заметили.

И почти в ту минуту, как они поравнялись с нашими «Жигулями», на стоянку вкатила еще одна машина.

Я ее не разглядела, потому что сидела скорчившись. Но услышала, как совсем близко взвизгнули тормоза, хлопнули дверцы машины, и раздался хриплый насмешливый голос:

— Кого я вижу! Гарик собственной персоной! Какая встреча! Ты здесь что делаешь?

— Здравствуй, Рустам… — проговорил Гарик упавшим голосом.

С Леной, подумала я, он разговаривал совсем не так! Кричал на нее, смотрел свысока…

— Здравствуй, здравствуй! — отозвался тот, кого он назвал Рустамом. — Дай-ка я догадаюсь, как ты здесь оказался. Наверное, меня искал? Хотел мне деньги отдать? Я угадал?

— Нет, Рустам… — проблеял Гарик. — Мне нужно еще немного времени… совсем немного…

— Что? — рявкнул Рустам, и я услышала еще какой-то звук, похожий на тот, что издает проколотая шина. — Ты мне не принес деньги? А ты ведь знал, что сегодня истек последний срок?

Я чуть-чуть приподнялась и краешком глаза выглянула из машины.

Метрах в пяти от нашего жигуленка стояла длинная черная машина, и возле нее коренастый черноволосый человек со сросшимися бровями и мрачным лицом держал Гарика за воротник, как держат за шкирку нашкодившего котенка. Чуть в стороне, засунув руки в карманы коричневой куртки, со скучающим видом стоял еще один брюнет, а с другой стороны маялась Лена, порываясь броситься на помощь своему дружку, но не решаясь это сделать.

— Ты знал, щенок? — прорычал Рустам и встряхнул Гарика.

— Знал… — полузадушенно пропыхтел тот.

— Тогда почему ты их не принес? — проговорил Рустам на этот раз удивительно спокойным, равнодушным голосом, от которого даже мне сделалось страшно.

— Рустам, дай мне еще два дня! — отозвался Гарик, с трудом справившись со своим голосом.