От Гудзона до Ла-Платы

На борту фрегата он выполнял чисто технические функции секретаря и переводчика, специально посланного губернатором для оказания помощи Слэйду в этой очень непростой и щекотливой дипломатической миссии, поскольку хорошо знал все основные европейские языки, юриспруденцию и мог помочь капитану советом при возникновении каких-либо проблем юридического характера. Что поделаешь, делать ставку на грубую силу сейчас было нельзя. Вот и приходилось выкручиваться…

Весь переход от Порт Ройяла до Якобштадта Мэттью вел себя тихо и незаметно. Что офицеры, что матросы считали его бесполезным балластом на корабле. Но поскольку вреда от него не было, то и бог с ним. За исключением одного человека — командира фрегата, кэптена Вильяма Слэйда. Которого неприятно огорошил приказ губернатора, озвученный им при встрече в губернаторском дворце, куда Слэйд был неожиданно вызван. Губернатор подробно описал задачу, какую предстояло выполнить "Фениксу", а в конце разговора представил ему присутствующего в кабинете штатского хлыща и безапелляционно заявил.

— Да, сэр! Но штатский на борту не имеет права командовать капитаном Королевского флота!

После таких слов кэптену Слэйду оставалось только заткнуться, но уже было ясно, что никаких доверительных отношений между капитаном и "секретарем-переводчиком" ждать не стоит. Впрочем, Слэйд опасался напрасно. За все время нахождения на борту "Феникса" Каррингтон ни разу не пытался строить из себя начальника, вел себя тихо, как обычный штатский штафирка, совершенно неожиданно попавший в компанию боевых офицеров и чувствующий себя не в своей тарелке. Офицеры фрегата, не знающие истинное положение вещей, откровенно подтрунивали над штатским (к злобной радости Слэйда), но Каррингтон не обижался, и когда смысл шутки доходил до него, смеялся вместе со всеми. В общем, к моменту прихода в Якобштадт за ним уже закрепилась репутация хоть и бесполезного на борту, но безобидного и беззлобного человека. Лишь приходя в свою каюту, Мэттью Каррингтон глубокомысленно усмехался. Слушая разговоры офицеров, совершенно не стеснявшихся присутствия штатского, он теперь прекрасно знал, кто чем дышит. Если бы лейтенанты и мичмана знали, что распускают языки в присутствии начальника разведки Британии в Новом Свете, лично назначенного королем на эту должность, то очень бы удивились. А если бы узнали кое-что о прошлом мистера Каррингтона, то пришли бы в ужас от своей словоохотливости. Но Каррингтону, по большому счету, было наплевать на болтунов, если они хорошо выполняли свое дело. "Охотой на ведьм" он никогда не занимался. Правда, службу Мэттью знал туго, вот и решил отправиться лично на Тринидад под дипломатическим прикрытием. Грех упускать такую уникальную возможность.