Планы на лето

В лаконичной белой фоторамке она стояла на самом видном месте. На снимке мы втроем – в очередной раз сбежали из дома навстречу приключениям. Тогда мы набрели в парке на небольшой контактный зоопарк и сфотографировались на фоне плюшевых альпак. На фотографии Вовка, как обычно, жует яблоко, которое мы взяли для животных, а мы с Матвеем над ним смеемся. Рассматривая снимок, я в деталях вспомнила тот день и не смогла сдержать улыбку. Тут же на столе я увидела еще две фотографии. На одной из них – незнакомая женщина, снимок явно давнишний, и, хотя Матвей был очень похож на отца, я сразу узнала черты Мальцева. У них с мамой похожие улыбки… На второй фотографии была я. Прошлогодний снимок, нас в школе всех фотографировали. Фотка мне не нравилась. Она долго валялась в прихожей, а потом вдруг пропала. Но я и подумать не могла, что ее взял Матвей. Решила, что Вовка выкинул… Смутившись, я спрятала эти фотографии под учебники. Тревога вновь напомнила о себе. Куда мог пропасть Матвей? И неужели Перов замешан в исчезновении Мальцева?

Когда я вышла из комнаты, Вова сидел диване и внимательно читал что-то в телефоне.

– Что же мы будем делать? – спросила я, подойдя к окну. – Где нам теперь искать Матвея? Неужели у него совсем никого нет?

– Есть дядя, – вспомнил Вова, – старший брат дяди Паши. Они редко общаются, но вполне возможно, что в случае форс-мажора Матвей к нему обратился.

– А у тебя есть его номер? – заволновалась я.

– Нет, откуда? – покачал головой брат. – Но я тут читаю, можно ли номер как-то вычислить… Я помню, Матвей говорил, он работает во Всеволожске.

И тут в окне я увидела Матвея. Он вошел во двор и направился к своей парадной.

– Вова! – закричала я со всей дури. – Вовочка! Он идет!

Не успел брат отреагировать, как я уже кинулась к входной двери. В одних носках сбежала по лестнице и выскочила на улицу, едва не сбив с ног Мальцева, который как раз подходил к крыльцу.

– Катя? – удивился Матвей, увидев меня. – Ты что здесь делаешь?

– Мы тебя потеряли! – жалобно проговорила я и бросилась ему на шею. – Я так волновалась!..

Когда мы отстранились друг от друга, Матвей посмотрел мне в глаза. Первым коснулся моей щеки, и у меня дыхание перехватило. Несколько секунд мы не сводили друг с друга взгляда. Губы Матвея растянулись в улыбке, такой красивой и родной, что сердце гулко застучало. Тогда я отвела пальцами темную прядь с его лба и первой поцеловала его. Матвей прижал меня к себе и углубил наш поцелуй. Я обнимала его так крепко, как только возможно. До этого момента я даже не подозревала, что так бывает: голова кружится от счастья, я одновременно падаю и лечу.

Мы целовались долго, прерываясь лишь на мгновение, чтобы перевести дыхание. Нас отвлек громкий, тягучий скрип подъездной двери.