План битвы

Он проезжает совсем немного и останавливается, открывает дверь и выбирается наружу. Мужик протягивает бумаги и Тимурыч их подписывает, поднимает голову и замечает меня.

— Здорово, Егор! — радостно кричит он. — Видал?

— Здравствуйте, Виталий Тимурович. Ещё как видал. Красота!

— Ага, точно! Хочешь посмотреть?

— Конечно, хочу, — соглашаюсь я.

— Ну давай тогда, через пассажирскую дверь. Заходи.

Пассажирская дверь только одна в передней части салона. Я поднимаюсь по ступенькам. Ну, а что, отлично. Не новьё, конечно, но нам сгодится. Для нас и это праздник.

— Ну как? — с гордостью спрашивает Скачков, будто сделал автобус своими руками.

— Шик, — поддерживаю я его радость. — Просто блеск.

— То-то же, вы у меня не только бойцами станете, но и автослесарями ещё.

— Прекрасная идея, — соглашаюсь я. — Поехали в таком случае в Берёзовский.

Я рассказываю зачем, и тренер меня поддерживает.

— Только давай завтра, — говорит он. — Во-первых, по бумагам автобус за Дворцом числится. Чтобы ехать куда-то, надо путёвку выписывать. Это не проблема, как мне сказали, чистая формальность, но её нужно соблюсти. А, во-вторых, его ещё не дооформили. Сейчас ещё надо пару подписей собрать и только тогда можно будет ездить. А вечером, сам понимаешь, директрисы в детдоме уж не будет, наверное. Поэтому лучше завтра прямо по утряни и рванём.

— Ну, давайте, по утряни, — соглашаюсь я. — Вообще, ещё обед только, мы бы успели. А у вас форма где, кстати? Дома?

— Дома, да, но я же здесь рядом живу. Думаешь, лучше в форме ехать?

— Ну, конечно, Виталий Тимурович. Однозначно, только в форме. При всех регалиях.

Выйдя из Дворца пионеров, решаю сбегать в «Солнечный», в бар к Альберту. Знаю, у него есть «Сибирская» водка, а в казино мы её не держим. Крепость у неё сорок пять градусов и очистку проходит активированным углём. А ещё у неё завинчивающаяся пробка и красивая тройка на этикетке, сани, зима.

Новый охранник не желает меня пускать, и я практически силой заставляю его идти за Альбертом.

— Здравствуйте, Альберт Эдуардович. Сто лет вас не видел. Как поживаете? Горилла у вас совершенно необученная, кстати.

Альберт встречает меня со скучной миной на лице.

— Здравствуй, Егор. Какими судьбами?

Я осматриваюсь. После ремонта я здесь и не был, кажется. Особо ничего не поменялось, но стало почище, да.

— Хочу у вас «Сибирской» разжиться. Продадите бутылочки три?

Он покачивая головой отправляется в закрома и через некоторое время выносит две бутылки.

— Могу только две. За тридцать отдам обе.

Вот алчный жук. Ладно, не буду же я из-за двух бутылок весь город на уши ставить. В магазине она появляется крайне редко, практически никогда. Хрен с ним, не обеднею. Выкладываю три чирика.

— Премного благодарен, — киваю я.