Железное пламя

 – Я хотела сказать «злая». И расслабься, Слоун, сейчас никто не посмеет забирать у грифонов силу, которая им нужна, чтобы не свалиться.

– Ну, ты хотя бы ненавидишь не только меня, – сказала я Слоун, пряча улыбку.

– Я тебя не ненавижу, – ответила Слоун так тихо, что я едва расслышала. – Трудно тебя ненавидеть, когда Лиам так о тебе отзывается. – Моего непонимающего взгляда было достаточно, чтобы она продолжила: – Я уже на октябрьских письмах.

– А, когда Ксейден заставил его стать моим телохранителем.

Мы снова резко повернули и приступили к следующему подъему по тропе, выдолбленной в твердой серой скале, теперь немного круче. Я подняла взгляд и тут же пожалела об этом – внутри все перевернулось от вида, практически идентичного виду внизу. Утесы на утесах.

– Мы оба достаточно знали моего брата, чтобы понимать, что никто его не заставлял, – ответила Слоун, опуская плечи. – Просто хотелось бы, чтобы Ксейден попросил кого-нибудь другого. Кого угодно.

– Мне тоже, – призналась я шепотом, сосредоточившись на дороге под ногами, сузившейся до пары ярдов.

– Берегись! – раздались панические голоса над нами.

Мы вскинули головы.

Небо было серым и быстро падало на нас.

Не небо. Валун.

Сейчас нас расплющит сработавшая западня.

– В укрытие! – крикнула я, вскидывая руки и прижимаясь к стенке, стараясь стать как можно меньше, и заодно потянулась к энергии Тэйрна, когда валун ударился о край карниза выше и покатился на нас.

Сердце билось в ушах. Это как повернуть дверную ручку. Как открыть замок. Это слабая магия. Я справлюсь с такой слабой магией…

И с валуном размером с грифона?

Я представила, как валун меняет направление, и сделала пасс руками…

Глаза застило тьмой за секунду до взрыва надо мной, и я прикрыла голову руками от осыпающегося щебня.

Тэйрн просто смел валун хвостом.

«Спасибо».

Я осела к стене и сделала пару глубоких вдохов, чтобы успокоить колотящееся сердце.

– Ви! – крикнула сверху Рианнон.

– Мы живы! – крикнула я в ответ.

– Твою мать! – Марен прислонилась рядом, приложив руку к груди.

– У него хвост в виде «утренней звезды»? – спросила Слоун.

– «Утренней звезды», – подтвердила я, глядя, как Тэйрн выровнял полет, развернулся и полетел обратно в нашу сторону.

«Было бы обидно пережить последний год, только чтобы ты нас прикончила на какой-то жалкой прогулке».

Я хмыкнула:

– Да уж.

Он взмахнул крыльями, обдав меня порывом воздуха, и снова спикировал.

– Это… гм… нормально? – спросила Марен, когда мы продолжили путь, хоть мое сердце еще и не унялось после всплеска адреналина.

– Что именно? Что Тэйрн спас мне задницу? Или ворчит из-за этого? Потому что да, и то и другое – нормально.