Железное пламя

 – Если хотите посадить ее в камеру или допрашивать, то начинайте с меня. Я отвечаю за нее и за все ее решения. Не забыли?

Земля ушла из-под ног, когда я уставилась на тонкую серебристую линию и ее четкие грани. Это… боги, они той же длины, что и линии на его спине! Ксейден отвечал не только за меченых, он отвечал и за меня. Отвечал за мой выбор, мою преданность – не перед Наваррой, как в случае с детьми отступников, а перед Аретией.

Имоджен пыталась мне это объяснить в тот день на летном поле, но я не поняла.

«Когда ты это сделал?» – спросила я.

«Где-то через две секунды после того, как оставил в объятиях Бреннана после возвращения из Рессона».

Я уставилась в пол и молчала, пока они дальше кричали друг на друга на тирском. Я привела сюда кадетов. Меня поймали с похищенным дневником Лиры. Я подтолкнула Ксейдена – подтолкнула их всех к тому, что происходило сейчас.

– Поэтому считайте их моими гостями. – Слова Ксейдена вырвали меня из омута самобичевания. Тени залили пол и закружили по залу. – Я не спрашиваю у вас – у кого угодно не спрашиваю – разрешения, чтобы приводить гостей в собственный дом.

Тон Ксейдена остыл до ледяного.

Гаррик выругался под нос и положил руку на рукоятку одного из своих мечей.

– Ксейден… – начал было Ульцес.

– Или вы уже забыли, что это мой дом? – Ксейден склонил голову набок и уставился на них так же, как Сгаэль обычно смотрела на добычу. – Моя жизнь связана с жизнью Вайолет, так что, если хотите, чтобы я сидел в этом долбаном кресле, вы ее примете.

Лицо Ульцеса пошло пятнами, тогда как я вмиг побледнела.

Его стул. Пустой. Он – седьмой.

Твою мать. Я, понятное дело, знала, что это его дом, но мне и в голову не приходило, что… Здесь все принадлежит Ксейдену. Ни один дворянин не принял герцогство Аретии. Все верили, что этот край погублен, хуже того – проклят. Здесь все – его."

"– Ладно, – сказала молчаливая женщина голосом тихим и спокойным. – Мы доверимся Вайолет Сорренгейл. Но это не поможет вооружить грифоньи стаи без действующей кузницы. Победив в первой битве с Наваррой – то есть забрав у нее половину квадранта всадников, – ты, возможно, проиграл войну.

– И что нам делать со всеми этими кадетами? – устало спросила Боевая Секира, потирая переносицу. – Боги, еще и притащил нам Аэтоса и писцов. Мы же не можем послать их воевать с вивернами и вэйнителями.

– Также я привез четырех профессоров, и их знания уж точно не помешают, – ответил Ксейден. – Писцов я уже допросил. Им можно доверять, а Кэт поручится за Аэтоса. Что до других кадетов – предлагаю вернуть их на занятия.

Что-то… задрожало, завибрировало, кружась вокруг умозрительной библиотеки в моей голове.

«Вайолет».