Железное пламя

«В следующий раз летишь ты, а я буду всадником».

Рядом с нами приземлилась Сгаэль с Ксейденом на спине, и голова Тэйрна мотнулась слева направо.

– Он все еще злится, что я отправилась с вами, – пояснила я Ксейдену, потянувшись к пряжке.

– Ты стала достаточно сильна, чтобы справиться с Аэтосом, – ответил Ксейден, уже спускаясь по плечу Сгаэль. Лунный свет отразился на его мечах, пока он спешивался.

«Меня больше волнует компания, которую водит лейтенант, чем сам Аэтос, – прорычал Тэйрн. – И даже не думай, Серебристая».

«Прости?» Я вытащила ремень из первой петли.

«Только попробуй расстегнуть этот ремень, я тут же взлечу». Его голова крутанулась на длинной шее, словно гигантская жуткая змея, и уставилась на меня яростным глазом.

У меня чуть челюсть не отвисла.

«Ты шутишь», – прошипела я.

«А ты рискни. – Золотистый глаз Тэйрна сузился до щелочки. – Я согласился прилететь к точке сброса. Но не соглашался подвергать твою жизнь опасности, когда мы находимся на расстоянии полета виверны от Золии. Я тоже помню, что случается со спешившимися всадниками».

«Да ты просто гиперопекающая задница!»

Не то чтобы его слова были лишены смысла. Возможно, мне не единственной снятся дурные сны.

«Я делаю честь всему моему роду».

Дракон наклонил голову вперед, полностью игнорируя меня.

– Не волнуйся, ты все услышишь даже оттуда, – донесся до меня голос Ксейдена, стоявшего прямо перед Тэйрном и Сгаэль.

– Говорит парень, которого дракон не загоняет в угол, – проворчала я.

«Я мог бы отказаться от встречи. Это – компромисс, – пропыхтел Тэйрн. – Они приближаются».

Дерзкий ответ так и норовил сорваться у меня с языка, но я захлопнула рот, услышав шорох грифоньих крыльев. Их звук мягче, чем у драконов, менее выраженный. Словно штормовой ветер вместо барабанного боя.

Семь грифонов – целый отряд. Они приземлились на поляне, направились нам навстречу, и их грозные клювы поворачивались влево-вправо, когда они переводили взгляды с Тэйрна на Сгаэль и обратно. Грифоны были выше Ксейдена на целую голову – грифонью, разумеется, – и хотя я слабо различала цвета при лунном свете, даже с моего обзорного пункта мне были хорошо видны серебристые отблески на их бритвенно-острых клювах.

«Пожалуйста, скажи мне, что ты их узнаёшь», – попросила я Ксейдена.

Сердце забилось чаще, сила пробудилась под моей кожей, и воздух вокруг меня потрескивал.

«Узна́ю. А через минуту и ты узна́ешь».

Ксейден был так спокоен, будто мы встречались с друзьями в местной таверне.

Тэйрн опустил голову – жест, который одновременно служил угрозой для прибывших и одолжением для меня, поскольку позволял мне лучше видеть происходящее.