Пламя надежды

Так или иначе, Бездна не пожелала уточнить, чего она, собственно, хочет. Крыс больше ни на что не отвечал, так и сидел, напряжённо уставившись в страшный провал. После несколько дней бесплодных размышлений и неудачных опытов Сойка не выдержала и решила посоветоваться с Кротом. А что ещё прикажете делать?

Отыскала его на берегу пещерного озера, сбила с ног и села верхом – на всякий случай, чтобы не убежал.

– Ты только не злись… – начала она.

– Ничего себе! – Крот возмущённо схватился за лицо. – А не лучше ли просто не делать ничего такого, что меня злит?

– Я и не делала, честное слово! – Сойка задумчиво прищурилась на высокий потолок пещеры. – Ну, то есть не совсем… но главное, о чём я хочу рассказать, отношения ко мне не имеет. Я тут ни при чём, клянусь!

– Тогда говори сразу о главном, – фыркнул он.

Она вновь задумалась, глядя на рыболовную сеть. Крот смирно лежал на каменном полу, заложив в ожидании руки за голову. Немного зануда и слишком законопослушный, но всё же неглупый и добрый – ей ни с кем не было так легко общаться.

– Вот скажи, – начала наконец она, – как ты поступишь, если захочешь доставить дракона из одного места в другое?

– Что? – Крот вытаращил глаза.

– Ну, представь, что где-то есть дракон, и тебе очень-очень надо, чтобы он оказался в каком-то особенном месте и не сожрал тебя по пути. Что ты станешь делать?

– Послушай, Сойка, – прищурился он с подозрением, – уж не Бездна ли это твоё «особенное место»?

– Разве я так сказала? – хмыкнула она. – Никто не говорил о… Постой-ка, а как же правила? Ты только что о ней сказал, не я! На этот раз – не я!

Правила требовали не упоминать о Бездне, не подходить к ней, делать вид, что её вообще нет и никаких странных жутких шёпотов из зловещей пропасти не доносится.

Крот в нерешительности потёр подбородок, затем бережно пересадил Сойку с себя на каменистый берег. Уселся рядом и задумчиво взлохматил пышную шевелюру. – Если ты имеешь в виду то, о чём я думаю, – вздохнул он, – то Крыс сказал то же самое и мне.

– Серьёзно? – Сойка пихнула его в грудь. – Что же ты молчал столько времени?

– А что бы я сказал? Нам запрещено говорить о… ну ты понимаешь. О Крысе нельзя даже говорить, не то что передавать наши с ним разговоры! – Крот снова вздохнул. – Странно даже, как ты узнала… Постой-ка! – Он в страхе выпучил глаза.

– Да, я прихожу к нему иногда, – смущённо призналась Сойка, достав из голенища нож и ковыряя трещину в полу. – Ты не думай, я к самому краю не подхожу, просто… сижу в сторонке и разговариваю. – Подняв взгляд на лицо Крота, она поразилась его выражению. Нет, он не злился – в глазах стояли слёзы! – Эй, ты что? Мне просто его жалко.