Пламя надежды

Все мы драконы, хоть и отличаемся друг от друга, и недавние незнакомцы из-за океана готовы пересечь его, чтобы спасти остальных. Пусть каждый, глядя на картину, ощутит себя одним из этих героев, захочет пожать незнакомые лапы и воспарить бок о бок с незнакомыми крыльями, стать добрым и смелым, как они!

Она назовёт картину «Открой свои крылья», словами из пророчества. Потом, когда пророчество исполнится… если останется жива."

"Заметив уголком глаза взмах чёрных крыльев, Луния вздохнула. Хорошо, конечно, что на Панталу летит наследница великой Ясновидицы, но Луна оказалась совсем не такой, как можно было ожидать. Где громкие изречения, гордые красивые жесты, таинственная отстранённость? Оборвать скучный разговор, чтобы все замолчали, закрыть глаза, а потом выдать что-нибудь грандиозное о том, что всех ждёт, – вот как надо!

Впрочем, ночная дракониха выглядела достаточно замкнутой и даже странноватой, особенно когда молчала. Совсем как Ясновидица на портретах – для начала тоже неплохо. Прилететь, скажем, вместе с ней в улей и крикнуть: «Святая Ясновидица снова явилась к нам! Она говорит, что королева Оса – жалкая козявка, а шелкопряды – великое племя и достойны своей собственной королевы, вот!» А ядожалы перепугаются и заноют все хором: «О, как мы ошибались! Помоги несчастным уродцам стать лучше, о Луния!»

Тем не менее на великую пророчицу ночная тянула слабо: слишком нервная какая-то, дёрганая. Разве перед такой склонят головы ядожалы, не говоря уже о том, чтобы падать ниц и молить о прощении грехов? Да и вообще, драконы, отобранные для героической миссии, не производили впечатления непобедимых героев. Конечно, если не считать листокрылой Росянки, грозный вид которой исправно ужасал.

Луния вновь окинула взглядом летящих драконов, перебирая их по очереди.

Ледяная по имени Рысь, серебристо-белая с синим узором, изящно разрезает воздух, сверкая алмазной чешуёй. Уж больно улыбчивая она какая-то, несерьёзная.

О песчаном Вихре и говорить нечего: записной шутник и весельчак – вот и сейчас потешает ночную, играя в пятнашки с подвернувшейся чайкой. А сама Луна слишком робкая, теряется, когда нужна решительность, даже заикаться начинает.

Сверчок умная, но совсем не боец, то и дело отвлекается… да ещё и ядожалиха – странно всё-таки, как ни крути. Поначалу всё пристраивалась лететь рядом, заводила разговоры, но Луния неизменно предпочитала общаться с Ананасом или Небом, да хоть с той же Рысью.

Гигантский земляной – вот кто серьёзный, но как-то уж слишком; слова из него не вытянешь. В самом деле, даже когда болтун Вихрь занят охотой и у остальных появляется шанс высказаться, этот молчит. Если и есть у Жаба свои заветные мысли, то запрятаны они в самой глубине его мощной туши, словно редкие ископаемые.