Пламя на снегу

— Завтра мы с Леей собираемся заключить священный брак в храме, - рубанул Киан - как отрезал.

Лабра в этот момент пригубила чай - зря. Заявление пошло не в то горло — девушка поперхнулась и закашлялась, так что на некоторое время от основной темы нам пришлось отвлечься. Впрочем, как только Лабра пришла в себя, она же к ней и вернулась.

— Я, конечно, собиралась встряхнуть старейшин, но никак не ожидала, что буянить начнёшь ты! — восторженно заявила она. - Я вас от всей души поздравляю и полностью поддерживаю! И пусть только попробуют что-то пикнуть — закон о расширении полномочий главы ждёт только подписи княгини, — подмигнула она Киану.

А я вот не поняла, что за закон такой, пока муж, хмыкнув, не уточнил:

— Будут плохо относиться к Лее — заблокируешь банковский счёт?

— Да! — довольно заявила Лабра. — Как только подпишут, так сразу! Так-то бы уже подписали, но у княгини завал после отпуска, а Руби в стопке не смогла найти именно этот документ, чтобы положить поближе.

Киан исходом остался доволен. Лабра - очевидно наследница главы клана — просто счастлива. Чего нельзя было сказать о самой главе, которая осторожно поинтересовалась у дочери:

— Может, тогда хоть ты себе дракона найдёшь? Киана хватит, чтобы всех встряхнуть.

— Мам, шутишь, что ли? — посмотрела на неё искоса Лабра. - Я теперь вообще со спокойной совестью за человека замуж выйду. К тому моменту, как я определюсь с кандидатом, старейшины высушат свои крокодильи слёзы и успокоятся.

Госпожа Мора очень тяжело вздохнула, но спорить не стала. Просто посмотрела на меня и заверила:

— В общем, Лея, мы очень рады тебя видеть и готовы всячески поддержать. А если кто-то в клане будет не рад, то мы ему объясним, как глубоко он заблуждается. Однако, я надеюсь, что с твоим свёкром Киан разберётся сам.

Мы ещё немного посидели, попили чай, обсудили наше путешествие. Оказывается, из империи пришло письмо с требованием вернуть меня, похищенную. Однако княжеская семья сказала, что прикроет и не выдаст.

К тому моменту, как мы завершили общение с главой клана и её наследницей, о нас с Кианом знали уже все. В основном в коридорах просто косились, но не пытались высказаться. Как я поняла, мой муж был слишком авторитетной фигурой.

Вот только я рано радовалась. Дверь кабинета моего свёкра оказалась слегка приоткрыта, и мы могли хорошо расслышать патетические страдания:

— О горе мне! Я плохо воспитал своего сына!

Стало почему-то неприятно. Среди людей я была завидной невестой, а здесь словно отброс общества какой-то. Но все мои печали прошли, стоило Киану приобнять меня за плечи и фыркнуть:

— Ну что, пойдём морально травмировать кружок расистов?

После громкого стука в кабинет мы входили с гордо поднятыми головами.