Пламя и кровь. Пляска смерти

Лорд Алин вновь собрал флот воедино у Кракехолла, где леди этого замка вышла к нему на веслах; от нее-то он и услышал впервые о большом бале в Девичий День.

Весть эта достигла и Светлого острова; Далтон Грейджой подумывал даже, не послать ли на смотрины одну из своих сестер. «Железная дева как нельзя более подошла бы Железному Трону», – говорил он, но в то время у него были дела поважнее. Давно предупрежденный о походе Алина Дубового Кулака, он собрал все свои силы, чтобы оказать ему достойную встречу. Сотни галей ждали неприятеля у Светлого острова, у Пира, Кайса и Ланниспорта. Красный Кракен обещал вскорости отправить «мальчишку» в чертоги Утонувшего Бога; затем он поведет свой флот тем же путем, коим шел Дубовый Кулак, поднимет свое знамя над каждым из Щитовых островов, разграбит Старомест и Солнечное Копье, а под конец возьмет Дрифтмарк. (Грейджой, всего на три года старше противника, называл его не иначе как мальчишкой). «Глядишь, и леди Бейелу в морские жены возьму, – со смехом говорил лорд Далтон своим капитанам. – У меня их, правда, двадцать две штуки, но сребровласой ни одной нет».

Мы столь часто читаем в истории о королях, королевах, великих лордах, благородных рыцарях, святых септонах и мудрых мейстерах, что порой забываем о простых людях, живших в одно время с сильными и великими. Между тем время от времени кто-то из этих мужчин и женщин, не могущих похвастать ни родом, ни богатством, ни мудростью, ни боевым мастерством, вдруг поднимается над безымянными толпами и меняет судьбу королевств. Так случилось и на Светлом острове в достопамятном 133 году.

Далтон Грейджой в самом деле имел двадцать две морские жены. Четыре, две из коих родили ему детей, оставались на Пайке, другие были взяты в набегах на западный берег. Среди них числились две дочери лорда Фармена, вдова рыцаря из Кайса и даже одна Ланнистер (правда, не из Бобрового Утеса, а всего лишь из Ланниспорта), но большинство составляли скромные дочки рыбаков, торговцев и латников, доставшиеся Кракену после того, как он убил их отцов, братьев или мужей. Одну из них звали Тесс, и это все, что мы о ней знаем. Тринадцать было ей или тридцать? Красавица она была или дурнушка, вдова или девственница? Где нашел ее Грейджой и долго ли она пробыла в его женах? Ненавидела она его как насильника или любила так, что безумно ревновала ко всем остальным?

Ни на что из этого у нас нет ответа. Рассказы о сей женщине столь различны, что она скорее всего навсегда останется тайной в анналах истории. Достоверно известно только одно: в одну дождливую бурную ночь после того, как Далтон уснул, насладившись Тесс в Светлом Замке, она достала из ножен его кинжал и перерезала ему горло от уха до уха, а после бросилась, нагая и окровавленная, в ревущие внизу волны.