Наследие Пламенных

И чем больше она читала, тем сильнее хмурилась. Наконец, несмотря на то, что время было позднее, она решительно вышла из комнаты, дошла до библиотеки. Ее рука на мгновение замерла, а затем она отбросила сомнения и решительно постучала.

Магистр Лин открыл ей почти сразу. Как она и предполагала, эльф еще не собирался спать. Холодный взгляд наставника тут же выцепил в ее руках раскрытую книгу. Он вскинул бровь и спросил:

— Что-то нашла?

Райга уверенно кивнула и посмотрела на него снизу вверх. Магистр посторонился, пропуская ее внутрь. Девушка помедлила мгновение, но затем тряхнула головой и вошла. Воспоминания об этом месте у нее были не самые лучшие. Она осторожно опустилась в кресло и протянула книгу наставнику. А затем сказала:

— Все, что здесь написано, расходится с тем, что есть в официальных источниках.

— Расходится? — задумчиво переспросил ее эльф.

— Да. Смотрите сами. Официальные хроники утверждают, что Эйрисса и Райдан остались жить в роду Манкьери. Но вот здесь Эйрисса пишет о том, что Райдан фактически не жил в замке. Большую часть года он проводил при дворе, изредка навещая родственницу и ее дитя. Кроме того, есть интересные места, например, вот тут…

— … малышка родилась с глазами, цвета стали… — вслух прочел эльф. — Кровь Кеуби иссякла. Возможно, Райдан прав, и кто-то из ее детей унаследует золото нашего рода.

— Почему она здесь упоминает цвет глаз младенца? — заговорила Райга. — В семейных летописях? Разве она стала бы это записывать, если бы это не было важно?

— Да, — согласился наставник, — вероятнее всего, наши догадки верны. И «глаза цвета осени» — признак крови Кеуби.

Райга задумчиво накрутила на палец мокрую розовую прядь и спросила:

— А сохранились ли где-нибудь портреты Кеуби?

Эльф с сожалением покачал головой:"

"— Насколько я знаю, все это осталось за Монолитом и досталось дикарям и чудовищам… Можно, конечно, попытаться найти что-то в эльфийских летописях или во дворце. Но я бы не рассчитывал, что это будет легко. Да и зачем?

— Удостовериться, — серьезно ответила ему ученица. — А теперь смотрите сюда.

И она повернула книгу к эльфу и ткнула пальцем в последний абзац на странице.

«Манкьери очень добры ко мне, — писала Эйрисса Кеуби. — Луан изобразил на стене кусочек моего прекрасного прошлого. Теперь нарисованная частичка Кеубирана всегда со мной»

— На стене… — задумчиво протянул магистр. — Ну на это я бы не рассчитывал. Ты думаешь, что нужная нам стена — это та, на которой есть рисунок?

— Я прочла эту книгу от корки до корки, — серьезно ответила ему Райга. — Здесь и до этого были куски, написанне Эйриссой. И во всех случаях она придерживалась сухих фактов. К чему это перечисление незначительных вещей? Цвет глаз ее дочери. Рисунок на стене.