Плакса (СИ)

Чего не скажешь о минусовой температуре, которая больно кусала за щеки, не смотря на то, что мы всего лишь пару минут назад вышли из машины.

В холле Ледового мы разделились: Леша ушел в раздевалку, а я сделала вид, что направляюсь в кабинет Риммы Игоревны. Поскольку это было нужно лишь для отвода глаз, выждав пару минут, я отправилась на лед, чтобы занять себе на трибунах самое удобное место.

Да, незаметной я не останусь и Леша в любом случае меня увидит, но и на это у меня готов ответ: я забыла, что сегодня у нас нет занятия. Я даже подстраховалась и написала Римме Игоревне, прося ее, в случае чего, подыграть. Женщина ничего не ответила, но поставила лайк на сообщение. Что ж, это вселяло в меня надежду, что это был утвердительный ответ.

Я заняла место там, где обычно располагается тренер, в середине арены и рядом с выходом на площадку. Вчера, после разговора с мамой, я оставшийся вечер и полночи провела в интернете, выискивая информацию о том, какие показатели и нормативы должны быть профессионального хоккеиста. Информации было много и отфильтровать ее было достаточно сложно. А если учесть, что я всего лишь буду записывать результаты с тренировки — не факт, что это полностью достоверный результаты. Но я успокаивала себя тем, что это лучше, чем ничего и надеялась, что Леша даже не тренировках выкладывается по полной.

— Что ты здесь делаешь? — раздался над ухом знакомый голос и я от неожиданности вскрикнула.

Позади Леши раздался гул смешков и парни проходили мимо нас, кивая мне головой в знак приветствия.

— Я забыла, что у нас с Женей нет сегодня занятий, — выпалила я на одном дыхании. — Можно я подожду тебя здесь?"

"Волнение пощекотало мои ребра и осело тяжелым грузом внизу живота. С тех пор, как я выросла из детского возраста, я перестала лгать и всегда старалась честно отвечать за свои слова и поступки. И мне не нравилось то, что я скрываю от Леши свои мотивы, потому что часть меня знала, что он поймет. Но другая боялась, что если я ему скажу, он не захочет даже слушать меня и настоит на том, чтобы я отбросила эту идею. Я чувствовала, что поступаю неправильно и это неприятное, липкое ощущение поселилось во мне с того дня, как я приняла решение — втайне от Леши рассказать Марику и моему папе о том, что он все еще играет.

Я пыталась говорить себе, что это все это для Леши и, если все получится, он снова сможет заниматься любимым делом. Вот только это ни капельки не помогало. Потому что, ложь во благо — это миф, придуманный трусом, который однажды не справился с реальностью своих действий и не смог быть честным. Я была такой же трусливой.

— Конечно, — намек на улыбку появился на губах Леши. — Буду рад увидеть, как ты на меня глазеешь.

— Мечтать не вредно.