Злодейки не плачут

Стояли по стойки смирно, пока высокий, широкоплечий мужчина давал указания. В конце он гаркнул «вольно» и вот тогда, большая часть взглядов уставилась на меня, но мы уже заходили в «клетку» и я буквально почувствовала спиной их. Ощущалось, как неприятная щекотка.

— Сегодня ассистировать профессорам Вайлдсу и Корвину будет студентка пятого курса Розарда Белого — Тайрин Риар.

Никаких аплодисментов или вялых похлопываний. Широкоплечий профессор, с которым мы не были представлены друг другу, говорил, стоя с трибуны, на которую мы поочередно взобрались. Холд даже галантно подал мне руку, она оказалась приятно теплой. Трибуна-артефакт разворачивалась при активации специального заклинания и позволяла наблюдать за действиями на площадке с необходимой высоты. Сейчас мы находили на уровне двух с половиной человеческих ростов. И я почему-то опять начала волноваться.

В клетку вошли знакомый мне Вайлд и, очевидно, Корвин, которого я видела впервые. Он оказался высоким мужчиной с белой широкой прядью в темных волосах, которые доходили ему до лопаток. Даже отсюда видно, что они ухоженные и блестящие. Шли драконы быстро, но это не выглядело как торопливый шаг, а достаточно грациозно. А дальше…

Мне ещё никогда не приходилось видеть, как оборачиваются драконы. Это произошло очень быстро: на середине пути профессора просто как будто сделали пару стремительных шагов по не видимой глазу лестнице и, резко нырнув вперед, как в кувырке, уже драконами взмыли в небо, расправив крылья. Если бы не Холд, который вовремя поддержал меня, я бы точно упала и опозорилась. Порыв ветра от взмаха крыльев резко ударил в лицо, разметав волосы, а я оказалась прижата к куратору драконов, который с каменным выражением лица вернул моей прически приличный вид и отошел на шаг назад.

— Сейчас кадеты будут заходить группами по шесть человек, — пояснил он.

Холд говорил, а я только могла обескураженно смотреть в небо, где среди синевы кружили два дракона: черный и кирпично-красный, у него была знакомая кисточка на кончике хвоста. И хвост, нужно сказать, не того размера, который демонстрировал Вайлдс ранее, а в пять раз больше! Получается, он не только контролировал частичную трансформацию, но и её размеры.

Безусловно, это не могло не впечатлять, но в клетку уже начали заходить первые кадеты, а до сих пор неизвестный мне профессор сказал:

— Вы можете начинать, студентка Риар.

Как только первый шаг по площадке был сделан, то сверху тут же опустился столб пламени. Хорошо, что я годами училась сохранять беспристрастное выражение лица, потому что не закричать — это уже успех.