Злодейки не плачут

Он уверенно нырнул в его темноту, и я последовала за ним. Конечно, эйфория схлынула, когда я поняла, что нахожусь неизвестно где в сопровождении мужчины, которому отец велел не доверять. И пусть это в каком-то романе звучало бы как начало интригующего путешествия, мне всё же стало не по себе. Я машинально дотронулась до кольца, ощутив его успокаивающую прохладу, и шагнула в черноту провала.

Вместо факела или заклинания куратор драконов использовал собственную руку: пламя вырывалось с кончиков пальцев и освещало влажные каменные стены, поросшие мхом. Я шла ровно позади него, стараясь следовать шаг в шаг, чтобы не оступиться. С левой стороны от нас зияла полнейшая темнота. Холд периодически оборачивался, но вряд ли для того, чтобы убедиться, что я не потерялась. Здесь и так каждый шаг гулким эхом отскакивал от стен, наверняка он даже слышал, как бьется моё сердце. И чем ниже мы спускались, тем сильнее я волновалась. Нужно было бы просто спросить, куда мы идем, но я не могла открыть и рта, и до сих пор не понимала почему. Спасительное кольцо я теребила постоянно, а на языке вертелось неуместное: «Вы водите сюда всех хорошеньких студенток?».

Наконец, узкая дорожка привела нас на широкую площадку, вымощенную камнем. Ничего особенного, если бы не водопад, который пышным каскадом падал в небольшие углубления под стеной и убегал куда-то ниже. Холд произнес что-то нараспев, и вода разъехалась в стороны. Словно её как шторы, просто распахнули привычным движением рук поутру. За водопадом обнаружились ступени, которые вели наверх и упирались в каменную дверь. Её оплетали как побеги лозы рунические символы, по которым дракон провел огненной ладонью, и дверь с каменным скрежетом отворилась.

Создавалось ощущение, что здесь не было ни одного дракона лет сто, потому что статуя божества покрылась толстым слоем пыли. С извилистого рога свисала лунная паутина, и не слишком доверчиво на меня взирал главный зодчий с восьмью мохнатыми лапками. В ладони у статуи, которую та протягивала вперед, я заметила углубление, в нём скопилось больше всего пыли, от которой мне захотелось чихнуть.

Пришло время выразительно посмотреть на Холда.

— Это святилище старого храма, — откликнулся он.

— Тут очень… живописно, — буравить его взглядом я не прекратила. — Подскажете, зачем мы здесь?

— К таким статуям всех драконов приводят в возрасте двенадцати лет. Считается, что статуя может даровать благословение. Я взял на себя смелость отвезти тебя сюда, ты хоть и запоздалый, но всё равно дракон.

— Это точно не замысловатое оскорбление? — вырвалось быстрее, чем мне хотелось бы.

Наверное, так не стоило разговаривать с куратором, поэтому я невинно захлопала ресницами и картинно приложила ладонь к груди, словно раскаивалась.