Дантисты тоже плачут

Я взглянула в щелочку между книгами и увидела Владимира. Он разговаривал с женщиной, стоявшей спиной к полкам. Чтобы не быть случайно узнанной, я схватила со стойки какой-то журнал и сделала вид, что страшно заинтересовалась содержанием.

– Послушай, – вкрадчиво шептал Владимир незнакомке, – сейчас не время поднимать скандал. Подожди немного. Ты же знаешь, что Нелли смертельно больна и скоро умрет. Ну чуть-чуть еще.

Дама стоматолога раздраженно вздохнула:

– Уже сколько времени слышу про ее болячки. Может, просто врешь?

– Дорогая, осталось подождать совсем чуть-чуть.

– Вот что, – обозлилась женщина, – соловья баснями не кормят. Ты ведь понимаешь, как я могу осложнить твою жизнь, стоит только открыть рот. Поэтому не в твоих интересах злить меня. Лучше давай деньги и придумай поскорей что-нибудь.

С этими словами она, повернувшись на каблуках, оказалась в поле моего зрения. Лицо, молодое, холеное и злое, было мне почему-то знакомо. Я определенно уже видела раньше эти шатенистые волосы и светло-зеленые глаза навыкате. Убей бог, не помню, где и зачем мы встречались, но и тогда, как и сейчас, она источала аромат духов Нины Риччи «Воздух времени».

Дама выхватила у Владимира конверт и стремительно пошла к двери. Стоматолог затрусил следом. Пришлось вжаться в стену изо всех сил, прикрываясь журналом. Дверь захлопнулась, я перевела дух, продолжая переваривать услышанное.

– Девушка, – раздался вежливый голос продавца, – журналы нельзя читать в магазине. Если хотите, оплатите покупку и любуйтесь сколько угодно.

Все еще находясь под впечатлением услышанного, я двинулась к кассе и, только выйдя из магазина на улицу, прочитала название покупки – «Розовая пантера», журнал для активных лесбиянок.

В воскресенье утром я позвонила Нелли:

– Не хочешь сходить со мной в кафе?

– С радостью, – обрадовалась женщина.

Где-то часов в пять я ждала ее в зале «Глобуса». Этот небольшой ресторанчик известен только узкому кругу любителей кондитерских изделий. Здесь великолепно варят кофе, умеют правильно заваривать чай и подают восхитительные пирожные – птифуры.

Нелли приехала на метро, сняла элегантное пальто и, поправляя волосы, уселась за столиком.

– А здесь довольно мило.

– И вкусно, если, конечно, любишь сладкое.

Собеседница вздохнула и похлопала себя по животу:

– Пирожные! Сладкий кошмар, один миг на зубах, всю жизнь на бедрах. Обожаю эклеры с заварным кремом и корзиночки с масляным. А ты?

Мое сердце безраздельно принадлежало «наполеону» и «картошке». Нелли с отличным аппетитом вкушала сладости. Не похожа она на смертельно больную, и все же я спросила ее:

– Как здоровье?

– Прекрасно, даже голова сегодня совершенно не болит.