Дантисты тоже плачут

Левка заметил медленно краснеющую шею художника и успокаивающе сказал:

– Да не стану я бросаться предметами, мы же интеллигентные люди, к тому же почти родственники, – и он улыбнулся с видом довольной гиены.

Тактичная Маруся ухватила Еву за руку и поволокла девочку к себе. Зайка беззвучно испарилась, Аркашка боком выскочил из комнаты, Наталье понадобилось срочно отдать какие-то распоряжения кухарке. Казик быстро собрался и унесся домой. В гостиной остались двое – я и Левка.

Старший Арцеулов выглядел довольным, даже счастливым.

– Послезавтра покидаю Москву и улетаю в Ялту.

Мысленно я вздохнула. Слава богу, значит, Казик сможет запросто к нам заглядывать. Но любопытство всегда вело меня по жизни, и на этот раз я не удержалась:

– Левушка, а что будешь делать с деньгами, вырученными за Соньку?

Мужчина оживился.

– Перевел сумму на карточку. В Ялте куплю однокомнатную квартиру в престижном районе и…

– Уедешь туда жить?

– Оставить родительские пятикомнатные хоромы Генке и Катьке? Нет уж, я с дерева головой об асфальт не падал. Квартирку буду сдавать. Знаешь, сколько сейчас в Ялте платят за приличное жилье?

Я кивнула.

– А на вырученные денежки, – продолжал мечтать Левка, – стану жить красиво. Больше никакого репетиторства, никаких глупых детей и капризных родителей, желающих за свои паршивые десять долларов выпить из жил бедного преподавателя всю кровь. Нет уж, баста, хватит! Отчитал четыре часа в неделю – и домой. Возьмусь переводить что-нибудь для издательства. Красота! Вот только думаю, не продешевил ли с деньгами? Может, следовало мадам сначала взвесить, а потом продать, назначив сумму за килограмм, как за барана!"

"И он оглушительно заржал, обнажив не слишком белые зубы, похожие на клыки старой собаки. Мне стало противно, пришлось подойти к окну, чтобы не видеть веселящегося Левку.

Тут в комнату с топотом ворвалась Маня.

– Мамусечка, – заорала дочь с порога, – ты видела Евин глаз?!

Бог мой, совсем забыла про бедного ребенка.

– Как она посмела, – вопила Маруся, – как могла? Евка обязана подать в суд. Существует, в конце концов, Декларация прав ребенка, или как она там еще называется. Пойду у Кешки узнаю. Пусть представляет Евкины интересы. Мамусечка, как думаешь, он попросит у меня гонорар за консультацию?

– Мне кажется, если, въезжая на мотороллере в гараж, ты не будешь каждый раз врезаться в его «Вольво», этого уже хватит. Пообещай. Думаю, адвокат удовлетворится.

Манька повернулась на каблуках и понеслась к брату, я же схватилась за телефон.

Трубка пищала и пищала, давая понять, что дома никого нет, но я была упорной и примерно после тридцатого гудка услышала хриплое «алло».

– Нелли, это Даша, мне нужно срочно с вами встретиться.