Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа

Тобольцев еще раз энергично потер голову полотенцем и потянулся за пакетом с вещами.

Из всех купленных футболок он надел почему-то серую. А кеды купил красные. И только темно-синим джинсам, любимым левайсам, Иван в цвете не изменил.Еще раз оглядев свое отражение, Тобольцев сообразил, чего не хватает. И полез в привезенную Даном сумку с отданным на хранение имуществом. Очки, точно. «Надень очки - сойдешь за умного» - любимая фраза Тишки Тихого. Надо порадовать друга детства. Зрение у Ивана стопроцентное, а в черные «клабмастеры» вставлено обычное стекло. Тобольцев нацепил очки на нос. Ну вот, теперь вид - умнее не придумаешь.

Закинув на плечо практически пустой рюкзак, Иван нажал на ручку двери. И уже шагнув за порог, вдруг вспомнил. Про оставленную в кармане других джинсов бумажку с телефоном. Джинсы он уже кинул в мусорный пакет. Черт!Нет, потом забудет. Пришлось возвращаться, рыться в мусорном пакете, доставать джинсы, искать по карманам листок. В какой-то момент показалось, что его там вовсе нет, видимо, сунул мимо кармана. А, нашелся.

Иван достал смартфон. Так, как нам вас назвать? Разумеется, абонент был наречен «Дульсинея». Подумал, и решил добавить «Тобосская». По первым четырем буквам автокорректор услужливо подставил «Тобольцева». Дульсинея Тобольцева. Звучит неплохо, между прочим. Иван еще раз посмотрел на введенные цифры. Кажется, похоже на чей-то номер. Или нет? Тряхнул головой, исправил «Тобольцеву» на «Тобосскую» и решительно встал. Все, теперь точно можно выдвигаться."

"У людей, которых мы знаем давно, например, с самого детства, есть одна особенность. Мы не замечаем, как они меняются. Может быть, если мы знаем их так долго, то меняемся вместе с ними? Особенно, если это не просто человек, а твой друг. Друг с самого детства, с разбитых из-за падения коленок и из-за драк скул. Со страшных секретов о том, что было увидено через дырку в раздевалке для девочек. С первой сигареты за школой, после которой жутко тошнило. С первых испытаний дружбы - когда мать Ивана написала на Тина заявление в милицию, не став слушать сына о том, что это была не драка, а урок самообороны. И как Тихон отмахивался: «Ну а ты тут при чем? Не ты же заяву катал, а мамаша твоя».

И пусть нет давно того мальчишки из необычной семьи, с упрямым, исподлобья взглядом. И нет лысого двадцатилетнего мордоворота вполне себе почти бандитской наружности. А есть теперь успешный столичный ресторатор Тихон Тихий, авторитетный кулинарный блоггер и женатый человек. Но в чем-то он остался тем, с кем Ивана связала два десятка лет назад мальчишеская дружба. А она иногда переживает и долгие годы, и периоды порознь. И не теряет своего главного качества. Тихон Тихий Ивану Тобольцеву по-прежнему друг. Как и Слава Ракитянский.