Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа

И никогда раньше не покупал именно такой, а теперь вот... Чем думал, когда рука тянулась именно к этой банке на полке в супермаркете?

Оседает пыль от обрушившегося на него утром, как небо на землю, разочарования. И наконец-то появляются мысли. Вчерашний взлом. Если отбросить эмоции, то это событие ничуть не менее важное, чем то, что случилось потом. И, в отличие от ночи, касается не только его и Дуни, но и других людей. Тин. Надо обязательно ему рассказать."

"Рассказать о чем?Голова потихоньку включается. Утро. Дуня должна поехать в отделение и подписать показания. А что потом? В квартире выломана дверь - что Дуня будет делать с этим? Вчера она была как потерянный и беспомощный ребенок. Сегодня... Он зажмурился, отгоняя мысли о разговоре на ее кухне. Эмоции - одно, поступки - другое. Сейчас, когда эмоции немного притупились, пришло время поступков. Тобольцев потянулся за выключенным телефоном.Пять неотвеченных от Маринки. А ему самому не отвечает царица. Длинные гудки, голос автомата. Пять попыток для ровного счета. Потом он набирает сообщение.

«Ты была в полиции? Какие новости? От меня что-то требуется?»Телефон отмечает сообщение как прочитанное, коротко мигает статус «онлайн». Ответа нет.

«Что будешь делать с дверью? Нужна помощь? У меня есть хороший знакомый слесарь».

Снова вся последовательность повторяется.Еще два звонка.

И в какую же игру с ним играют?После очередной кружки кофе доходит, что игра называется «Я обиделась». Без труда можно догадаться даже - на что. И черт его дернул ляпнуть про венеролога.

Куда он поместил ее этими словами? Туда, куда определил в самую первую встречу. Теперь-то знал точно, что все не так. Что умная. Что порядочная. Но слова посыпались по накатанной. И еще - если быть совсем честным - это месть за «ошибку». А ошибка ведь и в самом деле случилась. Причем с его стороны.Где была его собственная голова тем вечером и ночью? Почему, спрашивается, он требовал от Дуни ответа о контрацепции, если это являлось его прямой и непосредственной обязанностью: подумать о последствиях, и подумать ДО, а не изображать поруганную честь ПОСЛЕ. И ведь никогда раньше, кажется... Да нет же, точно! Ни разу до этого не занимался сексом без презерватива. Ни разу. Потому что в свое время Тин и Рося позаботились о просвещении его в данных вопросах. И после таких просветительских бесед Иван вдруг четко осознал, что сам он появился на свет как раз благодаря тому, что кто-то, неизвестный ему, в свое время не воспользовался средством контрацепции. А потом просто сбежал от последствий своего поступка. И Ваня точно знал, что он в таком положении оказаться не должен. И не окажется. Это ведь так просто - надо всего лишь иметь при себе презерватив. Всегда.

Он у Тобольцева и вчера был - всегда в портмоне лежал.