На пятьдесят оттенков светлее

Его рука в гипсе, щека с одной стороны покрыта синяками. Он в инвалидном кресле, одна его нога тоже в гипсе. Я осторожно обнимаю его.

— Ох, Мистер Родригес, — Рыдаю я.

— Ана, дорогая. — Он гладит мою спину здоровой рукой. — Мне очень жаль, — бормочет он, его хриплый голос ломается.

О, нет.

— Нет, папа, — мягко, но настойчиво говорит Хосе, стоя у меня за спиной. Когда я повернулась, он притягивает меня в свои объятия и удерживает.

— Хосе, — бормочу я. И я больше не могу сдерживаться — вместе со слезами на поверхность вырывается все напряжение, страх и боль, скопившиеся за последние три часа.

— Эй, Ана, не плачь. — Хосе мягко поглаживает мои волосы. Я обнимаю его вокруг шеи и тихонько плачу. Мы стоим так целую вечность, и я так благодарна что мой друг здесь. Мы разделяемся, когда Сойер присоединяется к нам в приемном покое. Мистер Родригес вручает мне платок из коробки, и я вытираю свои слезы.

— Это мистер Сойер. Охранник. — Сойер вежливо кивнул Хосе и мистеру Родригесу и сел с краю.

— Садись, Ана. — Хосе сопровождает меня к одному из виниловых кресел.

— Что произошло? Вы знаете, как он? Что они делают?

Хосе поднимает руки, чтобы остановить шквал вопросов и садится рядом со мной.

— У нас нет никаких новостей. Рэй, папа, и я были на рыбалке в Астории. Нас сбил какой-то глупый чертов пьяница…

Мистер Родригес пытается прервать его, бормоча извинения.

— Успокойся, папа! — резко говорит Хосе. — На мне нет следов, кроме пары синяков на ребрах и я немного оглушен. Папа… ну, папа сломал запястье и лодыжку. Однако автомобиль врезался со стороны пассажира и Рэй…

Ох, нет, нет… Паника снова охватывает меня. Нет, нет, нет. Мое тело бросает в дрожь и озноб, в то время как я представляю что происходит с Рэем.

— Он в операционной. Мы были доставлены в общественную больницу Астории, но они переправили Рэя сюда. Мы не знаем, что они делают. И ждем новостей.

Меня начало трясти.

— Эй, Ана, ты замерзла?

Я киваю. Я в белом топе и черном летнем пиджаке, который не греет. Осторожно, Хосе снимает свою кожаную куртку и укутывает в нее мои плечи.

— Могу я принести чай, мэм? — спрашивает у меня Сойер. Я киваю с благодарностью, и он исчезает из комнаты.

— Почему вы рыбачили в Астории? — спрашиваю я.

Хосе пожимает плечами.

— Предполагалось, что там хорошая рыбалка. Мы хотели устроить мальчишник. Хотели побыть некоторое время с моим стариком, до начала моего последнего учебного года в университете. — Темные глаза Хосе большие и светятся страхом и сожалением.

— Ты тоже, мог бы быть ранен. И мистер Родригес хуже. — Я задыхаюсь при этой мысли. Моя температура тела опускается ниже, и я дрожу еще больше. Хосе берет меня за руку.

— Боже, Ана, ты продрогла.

Мистер Родригес слегка подался вперед и взял мою другую руку в свою здоровую.