На пятьдесят оттенков светлее

И снова начинает двигаться — палочка, пальцы и большой палец — смертельное сочетание чувственной пытки. Он двигается и его тело останавливается напротив моего. Он все еще одет и мягкий деним его джинс касается моих ног, а его эрегированный член моих бедер. Так дразняще близко. Он снова подводит меня к краю, мое тело поет с желанием и он останавливается.

— Нет, — громко хныкаю я.

Он оставляет мягкий влажный поцелуй на моем плече, в то время как вытаскивает пальцы из меня, и двигает палочку вниз. Она вибрирует по моему животу, талии, по моей киске, напротив моего клитора. Дерьмо, это так сильно.

— Ах, вскрикиваю я, сильно растягиваясь в оковах.

Мое тело настолько чувствительно; я чувствую, что сейчас взорвусь, в то время, как Кристиан опять останавливается.

— Кристиан! — Я кричу.

— Досадно, да? — бормочет он около моего горла. — Как и ты. Обещаешь одно, а потом… — Его голос замолкает.

— Кристиан, пожалуйста! — Прошу я.

Он прикладывает палочку ко мне снова, снова и снова, каждый раз останавливаясь в важный момент. Ах!

— Каждый раз когда я останавливаюсь, ощущения более насыщенные, чем когда я начинаю. Правильно?

— Пожалуйста, — я всхлипываю. Мои нервные окончания кричат об освобождении.

Гудение останавливается и Кристиан целует меня. Его нос прикасается к моему.

— Ты самая расстраивающая женщина из всех, что я встречал.

Нет, нет, нет.

— Кристиан, я никогда не обещала повиноваться тебе. Пожалуйста, пожалуйста."

"Он становится напротив меня, хватает меня сзади и толкает свои бедра в меня, заставляя меня задохнуться — его пах трется об меня, кнопки джинсов прижимаются ко мне, едва сдерживая его эрекцию. Одной рукой он снимает повязку с глаз и хватает мой подбородок, я щурюсь в его обжигающие глаза.

— Ты сводишь меня с ума, — прошептал он, согнул бедра напротив моих, дважды, трижды, заставляя мое тело вспыхнуть — готовое сгореть. И снова он отверг меня. Я так ужасно хочу его. Я так ужасно нуждаюсь в нем. Я закрыла глаза и начала шептать молитву. Я не могу помочь, но чувствую как меня наказывают. Я беспомощна, а он безжалостен.

Слезы хлынули из моих глаз. Я не знаю, как далеко он зайдет, проделывая это.

— Пожалуйста, — шепчу я еще раз.

Но он смотрит на меня сверху вниз, неумолимо. Он просто будет продолжать. Как долго? Я могу играть в эту игру? Нет. Нет. Нет — я не могу этого сделать. Я знаю, что он не собирается останавливаться. Он будет продолжать мучить меня. Его рука движется вниз моего тела еще раз. Нет. И плотину прорвало — все опасения, тревога и страх, которые я пережила за последние несколько дней и которые подавляли — охватили меня снова. Из моих глаз хлынули слезы. Я отворачиваюсь от него. Это не любовь. Это месть.

— Красный, — хнычу я. — Красный! КРАСНЫЙ!!! — Слезы бегут по моему лицу.