Пять оргазмов для карамельки

Берет Машу за бедра, приподнимая, насаживает на себя, медленно, опуская до самого основания члена. Девушка вскрикивает от такого полного и глубокого проникновения, стенки влагалища сжимаются, словно лаская изнутри толстый ствол.

– Да, девочка, вот так сожми меня сильнее.

Покусывает груди, соски, оставляя свои метки на нежной коже. Снова приподнимает за бедра, почти снимая с члена, тут же опускает вновь. Так продолжается пару минут, Иван растягивает эту мучительную пытку, наслаждается стонами Карамельки. Чувствует, как течет его девочка на его члене, сок стекает по набухшим яичкам.

– Давай, сладкая, теперь сама. Как ты хочешь. Трахни меня.

Отпускает бедра, Маша начинает двигаться сама, задает темп. Трется клитором о пах, это невыносимо сладко, голова кружится. Слишком жарко, запрокидывает голову, выпячивая грудь, тут же упругий сосок попадает в плен губ.

– Девочка моя, не могу больше…

Член пульсирует, Маша чувствует увеличившуюся головку, насаживается еще глубже, стенки влагалища вибрируют, оргазм накрывает их одновременно. Сперма горячим потоком омывает лоно, бьет тугой струей, стекает по стволу. Девушку трясёт, таких оргазмов у нее не было никогда. Иван сам, задыхаясь, стонет в голос, утыкаясь девушке в грудь, пытаясь ослабевшими руками удержать на своем члене.

Глава 15"

"Маша лежала на груди Ивана, тихо вздрагивая, отходя от оргазма. Член все еще был в ее киске, она чувствовала, как он слегка опал, но стоило ей пошевелиться, тут же напрягался. Мужчина нежно целовал ее волосы и маленькие ушки. – Ты самая невероятная, моя сладкая девочка. Рука потянулась в сторону, что-то открылось, зашуршала упаковка. Влажная салфетка заскользила по возбужденной промежности. Иван снял девушку со своего члена, хотя совершенно не хотелось этого делать. Так бы и спал в этой невероятной нежности ее узкого лона. – Давай, милая, вот так, я вытру твою сладкую девочку. А то испортим платье. Маша вздрагивала при каждом прикосновении к нежной плоти. Уже не шампанское, а этот мужчина кружил голову, она пьянела и дурела от него, рядом с ним, под ним. Где-то совсем рядом зазвонил телефон Ивана, он словно его не слышал, продолжая обтирать себя и Карамельку. – Вань, телефон. – Слышу, подождут. Надевая лямочки платья на тонкие плечи, пряча с неохотой под красной тканью все еще торчащие от его поцелуев соски, пересадил Марию на соседнее сидение. – Ты порвал мои трусики. – Порвал, буду рвать на тебе все, что нам будет мешать. Хорошо, платье уцелело, а то пошла бы домой в одной шубке на голое тело. Без белья было не совсем комфортно, но так сексуально порочно. Иван разжигал в ней костер безумной похоти, хотелось целоваться, тереться как мартовская кошка, насаживаться, брать глубоко в ротик или даже в попку.