Пять лепестков на счастье

– Приду, – пообещала Саша и, положив телефон на место, снова подошла к вазе.

Да, все-таки золотые шары.

* * *– Зачем ты это делаешь?

– Делаю что?

– Занимаешься вредительством.

Лулу резко остановилась и посмотрела на Одинцова с презрением:

– Кто ты такой, чтобы меня отчитывать?

– Никто, – он пожал плечами и засунул руки в карманы джинсов, – но прими совет: заканчивай со своими играми.

– Я не понимаю."

"Они стояли около гостиницы, у самых цветников. День обещал быть таким же солнечным и ясным, как накануне. Дмитрий поднял глаза на небо и понял вдруг, что в Москве никогда не рассматривал его. В Москве всегда не до того, всегда некогда. Здесь по-другому. Здесь небо – часть города, с его старыми домами, цветами из детства, запахом яблок и какой-то неторопливостью. Это не сонность, нет, просто иной уклад жизни.

– А что тут понимать? – сказал он вслух. – Кольцо в вазу с конфетами подкинула ты, значит, и забрала его вчера с раковины тоже ты.

– С чего ты взял?

– А больше некому. Гостиница маленькая, постояльцев немного, со стороны никто причастен не был.

– Да старуха сама его туда засунула, она же из ума выживает. Вообще не понимаю, почему все сразу кинулись ее защищать. – Лулу продолжала демонстрировать презрение.

– Это очень легко проверить, в холле есть видеокамеры. Достаточно посмотреть записи. Думаю, Михаилу Витальевичу будет небезынтересно.

– Михаил Витальевич в настоящий момент очень занят своей женой, у которой с утра сильно болит голова. – Лулу хотела, чтобы ее голос прозвучал сладко, но получилось с обидой: детской и эгоистичной. – Бегает по дому, звонит врачам, ищет таблетки, смотреть противно.

– Почему противно? Он же муж, это нормальная реакция, если любимый человек заболел. А вот подруга быстро слиняла.

– Я там лишняя, лучше бы в гостинице жила, сил нет выслушивать это воркование «о, Мишель» – «да, моя крошка». Планируют ребенка, все разговоры о том, какие анализы сдать, каким врачам показаться. И вообще, зачем я это все рассказываю? Мне пора, хочу посмотреть на «Аленький цветочек».

– Я не держу. – Одинцов вынул руки из карманов и приподнял их вверх, показывая, что путь свободен. – Только дай спокойно жить постояльцам и работать персоналу.

– Я уже говорила, что не имею к кольцу никакого отношения.

– Подкинуть Михаилу Витальевичу идею просмотреть записи?

– Не надо, – вздохнула Лулу. – Буду паинькой.

– Вот и договорились.

– Хотя он заслуживает мести за то, как выставил меня из ресторана в первый день!

– А что бы ты сделала на его месте?

– В смысле? – Лулу непонимающе посмотрела на Одинцова.