Пять лепестков на счастье

– Отдыхай, душа моя.

А что еще ему оставалось ответить?

3

Сон никак не шел. В комнате было душно. Любовь Николаевна открыла окно, и повеяло прохладой. В кровать не хотелось. Снова почувствовав зябкость, она взяла шаль и села у раскрытого окна, начала разглядывать в темноте очертания деревьев. Яблоневый сад. Где-то там, чуть подальше, в уголке росла липа. Они посадили ее десять лет назад, в год свадьбы. Как-то Любовь Николаевна призналась мужу, что любит липовый чай, и Петр Гордеевич через день привез молодое деревце.

– Будешь сама собирать и сушить липовый цвет, – сказал он тогда.

В прошлое лето дерево впервые зацвело, расточая вокруг себя сладкий аромат. Авдотья, ключница, удивлялась, что раньше срока. Ему бы на будущий год только, а то и через два. Но липа, торопыга, уже задумала плодоносить. Любовь Николаевна подумала, что дерево зацвело именно тогда, когда из их дома ушло тепло. Какая горькая ирония."

"За густыми ветвями яблонь в темноте липу было не разглядеть.

Сегодня Любовь Николаевна снова увидела Надеждина, того офицера, с которым познакомилась у Шелыгановой.

Она поехала в лавку посмотреть ткани для новых платьев, а на обратном пути захотела прогуляться пешком – погода была хорошая, солнечная. Легкий ветерок разгонял зной. Решила пройти сквозь городской сад, остановилась у афиши, и первое, что увидела:

«Столичный гость. Комедия в 2-х действиях. В главной роли Павлина Смарагдова. Начало в 6 час. вечера. По окончании спектакля танцы до 11 час. ночи. Бой конфетти, серпантин».

Любовь Николаевна стояла перед афишей, смотрела на буквы и никак не могла заставить себя отойти. Там будут веселиться. Там на сцене вечером будет блистать красивая женщина, вызывая восхищение публики. Ей подарят цветы, после представления заглянет Петр Гордеевич… конфетти, серпантин… жизнь, полная жизнь… а она сейчас придет в пустой дом… и чем себя занять?

– Добрый день, – послышался мужской голос за спиной.

Любовь Николаевна обернулась. Это был Надеждин. Он слегка наклонил голову в знак приветствия.

– Добрый день, – ответила она.

– Любите театр?

– Не особенно, просто увидела объявление.

– А я, признаться, совсем не люблю.

– Почему?

Они одновременно отвернулись от афиши и начали совместный путь по дорожке. Городской сад разбивался когда-то по всем правилам выписанным из Петербурга профессором, но не поддерживался должным образом и со временем утратил свой столичный лоск, напоминая теперь заросший приусадебный парк.

– Может, не везло со спектаклями. Хотя, сказать по правде, все, что видел, больше напоминало кривляния.

– А как же Шекспир?

– Шекспира мне доводилось только читать, на сцене не видел ни разу, – признался Надеждин. – Да и… служба занимает почти все время.