Пьяная боль

Грудь снова сдавливает болью, а на глаза наворачиваются слезы, которым я не позволяю пролиться.

Достаточно на сегодня слез и разочарований.

Выхожу из квартиры и громко хлопаю дверью, словно самой себе вбивая в мозг, что на этом моя личная сказка закончилась. Пора возвращаться в реальность, в которой со слезами на глазах и жалости к себе не выжить.

Глава 29

Мучительно больно падать, когда во время полета подпалили крылья.

Жалеть себя и дуть на раны не имеет смысла, потому что впереди тебя ждет болезненное приземление лицом о землю. А в сравнении с ним, пылающие болью крылья и саднящие раны — не такая уж проблема.

Полет был высоким, свободным, легким, а приземление вышло жестким, хлёстким и безжалостным.

Куда мне идти? Кто меня ждет? Кому я, вообще, нужна со своим непростым багажом и не самым мягким характером?

Матери? Нет. Почти за два месяца моего отсутствия она позвонила мне лишь однажды, чтобы узнать, куда я на этот раз спрятала деньги.

Родственникам? Друзьям? Одни обо мне забыли или вовсе не знают о моем существовании, других у меня вообще нет и никогда не было.

Себе? Сейчас я нахожусь в той стадии, когда я не нужна даже себе. Промокнув под холодным дождем до нитки, я даже не пытаюсь спрятаться под козырек остановки или подъезда. Я просто иду, бездумно перебирая ногами, которые привели меня к подъезду моего дома.

Куда мне еще идти? На вокзал? Ночевать или куда-то уехать? Куда? В никуда и с пузом?

Нет. Нужно остановиться, подумать и решить все на трезвую голову. Без импульсива, затаенных обит и ненависти. Лучшее место для мыслей разного рода — моя комната. Правда, чтобы добраться до нее мне предстоит пройти полосы препятствий, если у матери очередная волна вечеринок или новый ухажер.

Ноги сами привели меня к моей квартире. Вероятно, это та черта моей жизни, за которой находится моя личная точка невозврата. И как бы я не пыталась биться, барахтаться, убегать… я всё равно буду возвращаться сюда. Словно здесь существует какой-то мой личный якорь весом в несколько тонн, тянущий меня ко дну, а на нем, пытаясь хватать ртом воздух, болтаюсь я, наивно веря в свое светлое завтра.

Нет его… того заветного завтра. Разве только его призрак.

Стоя напротив двери своей квартиры собираю последние остатки сил, чтобы при случае принять бой с веселой компанией матери. Всего-то и нужно, что побыть несколько минут чокнутой, чтобы вселить в людей чувство страха и растерянности, чтобы они решили, что оставаться со мной на одной территории — опасное для них мероприятие.

К счастью внешний вид располагает в тому, чтобы вселять в людей немой ужас. Я промокла до нитки, влажные волосы липнут к лицу, под глазами темные круги от недосыпа и тело бьёт мелкая дрожь, отчего голос кажется мертвенно медлительным.