Питбуль для училки

Давай шустренько решай, что вам с сыном из дому взять нужно, чтобы на первое время… А пацан где?

Я смотрела на него, как он говорит, и, кажется, совсем не могла разобрать слов. В груди ныло, болело, рвалось, распирало от желания рвануться к нему, прижаться, зареветь. Вцепиться в сильного, большого, невыносимо красивого, способного дарить счастье и прорыдать, как рада, что он тут. Какими бы ни были причины. Я хочу прижаться к нему вся, врасти, корни пустить и не отпускать никогда. И он чтобы держал.

– У подруги… Миш… – всхлипнула я, не в силах бороться с собой, и потянулась-таки к нему. – Миш, у меня мама с папой пропали.

– Да никуда они не пропадали, это ты у меня не пойми куда потерялась, – он прижал меня к себе уверенно, утыкая лицом в свое плечо и пресекая зарождавшуюся истерику, обернув длинными руками. Обнял как свою, свою давно, может, всегда. Как если бы делал так миллион раз."

"– Не пропадали? – вскинула я голову изумленно, сталкиваясь с насыщенным значением и эмоциями взглядом его серых глаз. Мигом зазвенело и закружилось в голове уже не от паники и отчаяния, а от мгновенного, безусловного, будто самый чистейший инстинкт, отклика на концентрированный чувственный голод в его глазах. Голод его, а все равно что мой. Родной, необходимый.

– Нет, маленькая. Я их перевез. Ближе к ночи туда должны ребята наши подскочить, все особо хрупкое-ценное на всякий пожарный вывезти и пост охраны оставить. Сам за тобой помчался, а ты умотала.

– Но… как же… что же… Кто ты такой вообще, Миша?

– Скажу, все скажу, Лен, но давай вот прямо сразу и здесь проясним несколько вещей. Ты от мужа уйти хочешь? Сама хочешь?

Уйти? Да я бежать сломя голову, без оглядки хочу!

– Ну конечно! Почему…

– Тш-ш-ш! Я не закончил. Насколько для тебя проблема то, что я одноногий?

– Что?– опешила я. – Проблема? Какая еще проблема?

– То есть никаких непреодолимых заморочек типа «мужик ты ничего так, но от калеки с души воротит» у нас нет? – деловито продолжил он.

– Да что ты несешь вообще?! – возмутилась я. – Причем тут…

– Стоп, я не закончил, маленькая! – накрыл он указательным пальцем мои губы, сверкнул глазами, отчего мне в живот жаром плеснуло, и, резко вдохнув, руку тут же убрал. – Ты со мной быть хочешь?

– Я…

– Стой, не отвечай! Сначала я. Лена, я тебе и твоим родным помогу, поняла? Вытащу из этого дер… короче, конец беспределу. Будешь со мной или нет – не суть. Моей помощи это не отменяет. Что бы ты ни решила и ни ответила, ничего уже не поменяется. Запомнила? А вот теперь скажи: берешь меня такого, или нет?

– Миша, но как же…

– Не думай, Лена! Нет мужа твоего, нет Свана – вообще ничего нет сейчас. Отвечай!

– Беру, господи, беру, но ведь это невоз… – завозилась я в его объятиях, чувствуя внутри какую-то нарастающую невесомость.