Питбуль для училки

Женщину с ребенком же насовсем в квартире не запрешь.

– Будет что надо. Не уймется сам … – Угомоню и упокою. Я договаривать не стал, только перевел неторопливо взгляд на каждого из них. Не им мне тут разжевывать столь элементарные вещи.

– Ну, что надо – значит, что надо. Чё, двигаем по делам? – мигом натянув маску бесшабашности, поднялся первым Боев.

***

– Вы по объявлению? – пожилой мужчина с такими же, как у моей инопланетянки, пронзительно зелеными глазами смотрел на меня настороженно, не спеша отпирать калитку.

Следы нападения в виде набежавших под глаза синяков и рассечение на виске. Мрази, как не убили мужика, не юноша же и явно сложения не богатырского. На меня он уставился снизу вверх. Во взгляде тревога, но страха нет. Это хорошо.

– Так вы дом смотреть, или как? – уточнил Лопухин и, как ему казалось, незаметно нащупал рукоять специально, видно, спрятанного под ветошью у калитки топора.

– Или как, Валерий Владимирович, – не стал вилять я. – Меня зовут Михаил Константинович Корнилов, и я по поводу вашей дочери Елены.

– Ленка… – мужчина изменился в лице, побледнев, как стена. – Неужто ирод ее… Не успели…

– Вот дебил! – обругал я сам себя, заметив, как он покачнулся, и подналег плечом, вышибая хлипкую калитку.

Нет, ну башкой же нужно опять думать начинать, Корнилов, бля! Человек в возрасте, и так перенес нападение ублюдков, плюс все время о дочери переживает, что в лапах мужа-отморозка, а ты тут весь из себя такой официальным тоном со своей рожей фээсбэшной протокольной «я по поводу вашей дочери»! Что подумал он!

– Валерий Владимирович, спокойно! – гаркнул, подхватывая его, провел на заплетающихся ногах по дорожке и усадил на лавку у стены дома. – С Леной все в порядке! Слышите? Не хорошо, но в порядке, и я здесь, чтобы хорошо как раз стало.

– Оставьте нас в покое! – тут же из дверей с воинственным видом выскочила с лопатой наперевес худенькая немолодая женщина. А вот у нас и Лопухина Людмила Викторовна. – Что вам надо, зверям опять?!

– Прошу прощения за такое неуклюжее появление, Людмила Викторовна! – отступил я, выставляя руки с открытыми ладонями перед собой в извечном «я пришел без оружия и с миром» жесте. – Я повел себя бестактно, не приняв во внимание ваше и без того нервозное состояние. Больше не повторится.

– Вы кто такой и зачем к нам? – продолжила хмуриться и встряхивать перед собой в подрагивающих руках свое оружие женщина.

Так в этот раз конкретно и без обиняков.

– Я – Михаил Корнилов. Близкий друг, – ага, обзовем это так, – вашей дочери и пришел к вам просить помочь мне дать ей возможность избавиться от ее мужа.

– Близкий друг? – насупился Валерий Владимирович строго.