Питбуль для училки

– И?

– И? – Божечки, я, как какой-то попка-дурак, только и делаю, что повторяю за ним.

– Двигаться будем, красавица?

– Да, конечно, – опомнившись, я быстро перебралась на пассажирское сиденье, и Михаил занял мое место. Пружины скрипнули чуть испуганно, принимая вес его крупного тела, а я была вынуждена снова сглотнуть пересохшим горлом, когда его аромат наполнил салон. Он пах… силой. Да, именно так. Сильное мужское тело, которое только что трудилось физически. Потело. И это нечто совершенно иное, нежели просто пот от жары. Этот запах был… вкусным. Мне захотелось влепить себе оплеуху.

Мой спаситель повернул ключ, и мотор завелся. Раз – и все. Загорелись все лампочки на приборной панели, что до этого не подавали признаков жизни, и даже неожиданно вспыхнул тусклый свет в салоне, потому как дверь все еще была открыта. Михаил повернулся ко мне весь и склонил голову набок, уставившись пристально в лицо.

– Заводится.

– А… а у меня нет.

– А у меня – да. Заводится. Все и сразу.

– Вы думаете, я этого не вижу? А у меня не заводилось.

– И часто?

– Что?

– Проблемы подобного характера.

– С машиной? – Ну а с чем же еще? Очнись, Лена!

– Ну, допустим, с ней."

"Очень интеллектуальная, наполненная глубоким смыслом беседа. Особенно если учитывать, что мы смотрели друг на друга в упор. И со мной от этого визуального контакта происходило нечто дико пугающее. В сознании будто взвыла тревожная сирена, заморгала красная лампочка предупреждения, но все это стремительно стало отодвигаться на задний план, в то время, как все мое внимание захватывал жадный, буквально осязаемый взгляд Михаила, медленно скользивший по моему лицу от глаз к губам, вниз до груди и так же неторопливо назад. Он трогал меня глазами, клянусь, впервые в жизни я ощущала подобное, и это шокировало интенсивностью воздействия. Я знаю, что такое раздевающие взгляды, знаю, какими бывают откровенно похотливые. Этот был тоже таким… но другим. Другим и, судя по всему, заразным. Бывает, смотришь, как кто-то пьет, утоляя сильнейшую жажду, и вдруг тоже хочешь, хотя вроде бы и не испытывал нужды в воде секунду назад. Вот и я сейчас. Ловила то, как все отчетливее трепещут его ноздри, как ускоряется, тяжелеет его дыхание, и мое собственное подстраивалось под этот ритм. Пульс разгонялся, кожа грелась, внутри зарождалась такая уже почти позабытая вибрация желания. Господи, я уже действительно, кажется, и позабыла, как это – испытывать его адресно. Не просто как постоянную абстрактную неутоленную и старательно игнорируемую потребность. А как созвучие такой же потребности в своем партнере.

– Первый раз, – произнесла, чувствуя, что во рту окончательно пересохло, а в груди ноет-ноет.

– Первый?

– Да.