Участковый: От стажера до ведьмы. От кодексов до ритуалов. От пистолета до кольца

На пособие от государства даже помереть не выйдет – белые тапочки купить не на что будет.

Поэтому таких детей часто оставляют в роддомах. И осудить женщин язык не поворачивается. Не всякому крест по силе…

Ирина точно судить не взялась бы. Видела она обе грани… и когда ребенка с патологией головного мозга забрали из роддома – причем отец не ушел, и видела семью, в которой одна мать тянулась, и видела тех, кто отказался…

Хотя с последними сложно получилось.

Действительно, молодая пара оставила в роддоме девочку с болезнью Дауна. Но взамен взяли из детдома двоих детей и воспитывали, как своих. Растили, любили… третьего родили, на этот раз нормального и здорового. Ирина эту семью знала, дед им и помогал во времена оны…

Кто знает, как бы там могло сложиться, оставь они ребенка?

Не стоит и судить. Здесь, хоть Ирина и ведьма, но была согласна с Библией – не судите и не судимы будете.

А вот что дальше происходит с такими детьми?

Их не усыновляют, фактически это не жизнь, а медленное путешествие к могиле. Но…

Когда пятеро детей умирает один за другим, за короткое время, это невольно обращает на себя внимание.

Директриса отбрехалась, сказала – эпидемия гриппа, но нянька в это не поверила.

Стала приглядываться. А потом – и уволилась. От греха…

– Гоша, а тебе это рассказали – кто?

Ирина была искренне удивлена. Но легко нашлось свое объяснение.

Гошка мальчик неглупый, и быстро понял, что с поварихой надо дружить. Поближе к кухне, подальше от начальства…

Начал с простого – может, я вам помогу, а вы мне за это чая нальете?

Повариха тоже дурой не была и отлично поняла, что мальчик хочет подлизаться. Но – почему бы нет?

Гошке поручались простые работы. Почистить картошку, порезать овощи, выкинуть мусор…

За это мальчишка получал чай с яблоком или булочкой, лишний кусочек чего-нибудь вкусного – после отбоя. Вот и сейчас…

Пошел к поварихе, а оказался свидетелем разговора, не предназначенного для его ушей. Подслушал, конечно.

– Пятеро детей? – задумалась Ирина.

– Евгения Михайловна.

Ирина кивнула, пометила себе, с кем надо поговорить – и временно выбросила из головы. Потом, это – потом. А сейчас речной теплоход.

На острове тоже было тихо и спокойно.

Кафе, кинотеатр, правда, перестроенный, с мягкими креслами, уютный, но совсем другой.

Так и понимаешь, что детство не вернуть. А может, и не стоит?

В кинотеатре они заняли места для поцелуев, уж слишком там были удобные диванчики. Гошка был счастлив, а Ирина и Кирилл тихо переговаривались.

Целоваться – не целовались, вот еще не хватало.

– Нигде. И это логично. Места-то публичные, мало того что через них за день не одна сотня людей проходит, так еще и вампирюга сейчас прячется.

– А у меня есть еще одна идея.