Участковый: От стажера до ведьмы. От кодексов до ритуалов. От пистолета до кольца

 – Делать-то с ней что будешь?

– А что с ней сделаешь? Сажать? Так уж точно жизнь девчонке сломаем… Сам понимаешь, сейчас она не ангел, а оттуда вовсе тварью выйдет.

Сеня задумчиво кивнул.

– Так-то да, но и отпускать ее без наказания нехорошо. Ну, выгоните вы ее, дальше что? И дураки найдутся, и устроится она только так…

– В интернет ее выкиньте. На сайты. И напишите про ее подвиги и трудовую биографию.

– Тоже нельзя. Нарушение закона о частной жизни, – махнул рукой Сеня.

– А если ее устроить куда-нибудь похуже? На полгодика или на год? И хозяину сообщить? – предложила Ирина. – Есть же разные места…

– А и пожалуй что… Умница, девочка, не только красавица, но и головка светлая. Сеня, не уступишь? Я бы ее работать взял?

Ирина не рассердилась, понимая, что это комплимент.

– Извините, никак не могу. Пусть сначала практику пройдет, – Сеня улыбался, – а потом уж предлагайте.

– Обязательно учту, если что.

Ирина улыбнулась гостеприимному хозяину.

Ровно через пять минут Анастасии объявили вердикт. Или она отрабатывает год в «Васильке», или Самвел Аветисович пишет заявление… Собственно, он и так его пишет, а Сеня дает ему ход. Свидетели найдутся, и отправится она любоваться небом в клеточку и друзьями в полосочку.

Нет? Тогда – вперед, работать.

Ирина уточнила потихоньку у Сени, «Васильком» называлась грязная пивнушка, в которой официантки менялись чуть ли не каждые три дня. Оно и неудивительно. Располагалась та вплотную к фруктовому рынку, торговали на нем «гости с солнечного юга», и они не всегда были вежливы и политкорректны. И искренне считали, что русские девушки – это шлюхи, которые будут рады любому мужчине. Так себя и с официантками вели.

Настеньку ждал тяжелый год. Хотя это кому как?

Стащить там, по определению, нечего, там даже скатертей на столах не водится, разве что салфетки бумажные таскать, но ведь и поколотить могут, если что.

Хозяина Самвел обещал предупредить, так что с завтрашнего дня в «Васильке» появится новая сотрудница. А Сеня обещал заходить и проверять. Так, на всякий случай.

Настя рыдала, вытирала сопли и слезы, но жалости не дождалась ни от кого. И поделом.

Тебя посадят? А ты не воруй.

В данном случае даже не посадят, а просто накажут трудотерапией. Дешево, сердито и доходчиво.

Конечно, никакого заявления Самвел не писал.

Это сейчас карусель бы на неделю завертелась, делу ж надо ход давать! Задерживать Настю, отвозить ее в райотдел, Самвелу мотаться по судам и следствиям…

Кому это нужно? Да никому.

Так что напугать воровку напугали, но реально ничего не писали.

Обратно они шли, нагруженные шашлыком и салатами.

– Какой взятка, да? – экспрессивно возмутился Самвел. – Премия!

Отказаться не удалось, да Сеня и возражать не стал. День удался.