Письмо ни от кого

Я думал, что после революции маевки ушли в прошлое.

– Сто видеокассет? – поразился я. – Да у нас все городские митинги на одну кассету поместятся.

– Чтобы добро не пропадало, на видеокассеты они записали самые свежие и популярные американские фильмы, – пояснил Самойлов, – а на десять кассет, судя по всему, записали порнуху. В перечне подотчетного имущества эти кассеты есть, а названий фильмов на них – нет.

– Кто был подотчетным лицом по видеомагнитофону? – спросил я.

– Яковлев, – безразличным тоном ответил следователь.

– Артур Тарасович? – на автомате переспросил я.

– Ну, да, он. Тот самый, которого во «Встрече» взорвали.

Следователь посмотрел на меня и понял, что произошло что-то важное и непоправимое. Неосязаемое ощущение надвигающейся катастрофы. Секунду назад все было понятно, и вдруг – по коже побежали мурашки, в горле запершило, воздух стал таким густым, что его жевать можно. Время замерло. Пробил гонг. Час расплаты наступил.

– Мужики, я что-то не то сказал? – встревожился следователь.

Я поднялся к сейфу.

– Айдар, закрой дверь, – приказал я.

– Она же закрыта! – удивился Далайханов.

– На ключ закрой! – зарычал я. – Почему тебе все надо по пять раз повторять? Самойлов, останешься здесь. Если зазвонит телефон, я вам обоим запрещаю брать трубку.

Я достал из сейфа тетрадь, оставленную Машей Ивлевой перед отъездом. Дело случая, что я не уничтожил ее – с началом мафиозной войны у меня все никак не доходили руки списать в архив оперативное дело агента «Стрекоза». Тетрадь к оперативному делу я приобщать не собирался и планировал сжечь ее где-нибудь на пустыре.

Я положил тетрадь перед собой, но открывать не стал.

– Слава, – велел я, – теперь все по порядку: кто, где, когда.

Самойлов не стал задавать лишних вопросов. Он раскрыл папку с материалами ревизии, хотел что-то зачитать оттуда, но передумал и стал рассказывать по памяти.

– 1 сентября из обкома ВЛКСМ в горком поступила видеоаппаратура и аксессуары к ней. Аппаратуру поделили на две части. Видеомагнитофон и пятьдесят кассет к нему взял в подотчет Яковлев, остальное забрал себе первый секретарь горкома комсомола. На момент ревизии все имущество, полученное руководителем горкома, было на месте, а все, что получил Яковлев, исчезло. Стоимость похищенного: видеомагнитофон – 1200 рублей, плюс 50 видеокассет по 50 рублей каждая.

– Это откуда такие цены? – подивился Айдар. – На рынке одна видеокассета стоит 200 рублей.

– Это специальные государственные цены, – пояснил Самойлов. – Реально видеомагнитофон «Панасоник», с учетом тридцатипроцентного износа, стоит 3000 рублей. Износ считается так: вставил один раз кассету в кассетоприемник – минус тридцать процентов от отпускной цены.