Пирог от сапожника

 – Из Германии? На худой конец из Финляндии?

– Нет, – примкнула к беседе Маргарита Филипповна, – российского производства.

– Не пейте, козленочком станете, – махнула рукой Рыбкина.

Я решила начать беседу.

– Спасибо, что согласились приехать. Скажите…

– Прежде чем начну отвечать, следует решить финансовые вопросы! – повысила голос Наталья и положила на стол листок. – Вот.

Я взяла бумагу и начала читать вслух.

– «Такси туда-обратно – сорок тысяч, завтрак – десять, обед – двадцать. За рассказ – триста».

– Рублей? – уточнила Маргарита Филипповна.

– Триста тысяч, – четко произнесла дама. – Считайте, даром я с вами время потеряю. За копейки приехала.

– Наемный экипаж у вас дорогой, – заметил Коробков.

– Заказываю только ВИП-машину, – процедила Рыбкина. – Оплата вперед, бросайте на карту, она привязана к телефону. Проверю получение и тогда отвечу на некоторые ваши вопросы.

– На некоторые? – уточнила Маргарита Филипповна.

– На те, которые меня заинтересуют, – уточнила Наталья. – Если денег нет, уйду сразу.

Я быстро отправила мужу запись беседы, ответ прилетел мгновенно: «Пусть ест за свои деньги. И никто не заставлял тетку приезжать на «Майбахе». Тридцать тысяч за все! Не нравится? Дверь открыта. Ты стопроцентно уверена, что она обладает нужной информацией?» – «Нет», – коротко ответила я и обратилась к посетительнице:

– У нас есть тридцать тысяч.

– Евро? – подняла одну бровь Наталья. – Долларов? Юаней?

– Рублей, российских.

– Издеваетесь? – нахмурилась посетительница.

– Просто откровенно сообщаем о наших возможностях! – улыбнулась Розова, решив прийти мне на помощь.

– За такую сумму даже не чихну! – взвизгнула гостья. – Хотя… Я добрый, сострадательный человек. Переводите свои нищенские копейки. Отвечу на один вопрос, так и быть! Сделаю шаг навстречу вам, убогим.

Димон показал на телефон дамы.

– Проверьте, пожалуйста, онлайн-банк.

– На месте! – обрадовалась спустя короткое время Наталья. – Ну? Спрашивайте!

– Ваша дочь двенадцать месяцев назад работала в офисе, принимала участие в двух совещаниях, отправилась домой около двадцати одного часа, – начал Коробков. – Уходя, она предупредила секретаря, что на следующий день будет занята разными делами вне офиса, в рабочем кабинете появляться не намерена. Поскольку Амалия Генриховна часто отлучалась, никто ее отсутствию не удивился. Хоф отличалась пунктуальностью, не опаздывала, четко планировала расписание. Поэтому, когда женщина и через день не появилась в офисе, секретарь после обеда забил тревогу. Амалии начали звонить на домашний, на мобильный телефоны. Женщина не откликалась. Через день незнакомый мужчина привез от Хоф заявление об увольнении. Под ним стояли ее подпись и личная печать.