Радость пирата

Голова его страшно гудела, но еще больше он страдал от испытанного унижения. Кросс ругал себя за потерю самообладания. Наверное, можно было найти лучший выход из ситуации, вопрос в том, какой. Сколько Майлз ни размышлял на сей счет, ему ничего не приходило в голову. Может, так оно даже лучше: людям Диего пришлось тащить его на корабль на себе; с другой стороны, возможно, он упустил свой шанс бежать. Но хуже всего то, что он представления не имел, где находится Алекс и что с ней сделали Диего и его люди. Очнувшись в вонючем трюме, Майлз до сих пор имел возможность общаться лишь с крысами, становившимися час от часу все наглее. Чтобы отогнать их, Кросс вынужден был постоянно стучать сапогом по доскам.

Внезапно сверху забрезжил слабый свет. Крышка люка открылась и захлопнулась вновь.

— Диего? — крикнул Майлз.

— Да, дружище. Я пришел навестить тебя!

Испанец явно пребывал в благодушном настроении. Повесив фонарь на крюк возле люка, Диего спустился по лестнице вниз."

"— Ну как, нравятся тебе апартаменты? Я подумал, может, ты почувствуешь себя одиноко, так вот эти милые малютки, — Диего отогнал ногой здоровую крысу, — составят тебе компанию.

— Где Александра? Что ты с ней сделал?

— Как, ты не догадываешься? Именно то, что ты предполагал.

Фонарь, покачиваясь, отбрасывал на лицо испанца зловещие тени, делая его похожим на самого дьявола. Кривая ухмылка играла на его тонких губах. Растянувшись на каком-то ящике, Диего мечтательно закатил глаза.

— Теперь-то я понимаю, почему ты так не хотел с ней расставаться. Она такая спелая, правда? Такая нежная белая кожа, такие полные…

— Ты ублюдок!

Майлз сжал кулаки, но наручники врезались в кисти так, что по рукам его потекли струйки крови.

— Эй-эй! Угомонись. С чего так нервничать? Сеньорите никто не причинил ни малейшего вреда, напротив… На самом деле я не думаю, что она когда-либо была более счастлива, чем со мной, или по крайней мере получала большее удовлетворение.

— Иди к чертям, Родера, — хрипло прошептал Майлз, готовый разорвать своего врага, но, увы, он был бессилен против испанца.

— Спокойнее, дружище, не то поранишься, а мне бы этого не хотелось.

— Какое трогательное сочувствие.

— Признаться, мне-то нет до тебя дела, но вот твоя блонди-ночка… Мы с ней заключили сделку.

— Какую сделку?

— Твоя жизнь в обмен на некоторые… одолжения.

— Ты лжешь. Александра никогда бы не покорилась тебе по доброй воле.

— О, ты ошибаешься. Она готова на все, лишь бы тебя спасти. Она стояла передо мной на коленях, умоляла пощадить тебя, но когда сеньорита сняла с себя этот чудный красный наряд… Ну что я мог сделать? Я спрашиваю тебя, дружище, как я мог устоять перед таким соблазном?

— Ты лжец, Диего.