Подруга пирата

"

"Спар принес тело матроса к подножью склона, выбирая место, с которого виднелось сине-зеленое море. Он положил его под ближайшее дерево и принялся копать глубокую могилу. От долгого дождя земля стала тяжелой. На сердце тоже было тяжело. Он знал, что, как врач, делал все, что в его силах, чтобы спасти Сту, но от этого ему не становилось легче. Он не мог ответить на тысячи «почему», приходивших ему в голову.

— Ведь он совсем еще молодой, да?

Спар поднял голову. На склоне стояла Ида. Огненные оранжевые кудри развивались от легкого ветра, зеленые глаза смотрели серьезно и печально.

— Не старше, чем ты, — ответил он.

Ида приподняла юбку, спускаясь со склона.

— Ты хороший доктор. Ты сделал все, что мог, я знаю это.

— Да-да, что мог. — В горле Спара стоял комок. — Но этого, видимо, не всегда достаточно. — Он воткнул в землю лопату и поднял тело, завернутое в парусину. Осторожно опустил останки в темную, пахнущую свежей землей яму.

Ида встала на колени напротив него.

— Леди Джасинда рассказала мне о твоей жене.

Спар проглотил стоявший в горле комок.

— У меня тоже был ребенок когда-то. Я любила свою дочку. Но она недолго прожила на этой земле.

— Мне жаль, — Спар бросил на нее взгляд через могилу. Она смотрела в пустоту, горькая улыбка застыла на губах. Потом она светло улыбнулась. В этот момент, понял Спар, она вспоминала своего ребенка, которого потеряла.

— Девочка была такая хорошенькая, с такими же яркими волосами, как у меня. Она прожила только пять дней, но это были лучшие пять дней в моей жизни. — Из ее изумрудных глаз потоком полились слезы.

Спар кашлянул.

— Ты молодая. У тебя еще будут дети.

— Нет, — неистово закачала она головой. — Что я им дам, если они у меня будут? Грязную комнату в Лондоне, пока их мать на улице зарабатывает проституцией, чтобы их прокормить? Это и лучше, что она умерла. У меня не будет больше детей.

— Есть другие способы зарабатывать себе на жизнь, — тихо, но твердо возразил он.

— Посмотри на меня! Что еще мне остается делать? Я только этим всегда и занималась. Таких девушек, как я, не нанимают, чтобы готовить или убирать. Ни один приличный мужчина не возьмет меня к себе в дом.

Спар добрыми глазами посмотрел на Иду. Когда он лечил Джасинду, то много раз разговаривал с ней и несколько раз навещал с тех пор, как они вышли из Мадейры. Но никогда не рассмотрел ее по-настоящему. Ида была миловидной, с кудряшками цвета моркови и россыпью веснушек на переносице. Она была худенькой. Спар мог поклясться, что если они станут рядом друг с другом, она едва будет доставать ему до груди. Возможно, девушка была вдвое младше его, тридцативосьмилетнего.

— Ты можешь все начать сначала, — мрачно предложил он.

Ида ответила тихо, едва слышным голосом.

— Кажется, именно это я сейчас и делаю.