Пират. Том 3

Я один, в темноте, никто не придёт. Холодно. Я один, в темноте. Никто не...

Заменив на скафандре сошедшего с ума Грола эгергоячейку, я буквально волоком утащил аргонианина за пределы безопасной зоны. Всё, можно выгружаться остальным.

– Михаил, выгружайтесь. Да, хватай Ягду, и первой тащи сюда. Хранитель Грол спёкся.

Дальше произошло то, что я задумал на вторые сутки полёта в подпространстве. Ягда первой зашла в безопасную зону, и получила право стать хранителем. Сразу же, как это произошло, я предложил ей два варианта дальнейших событий. Первый – остаться у маяка, и через несколько дней стать пленницей Морров. Второй – после привязки покинуть безопасную зону, и самоубиться. Затем возрождение тут же, на маяке, и переход на службу руссам. Ну а дальше всё будет зависеть только от неё.

– Первый вариант мне не подходит. – устало произнесла бывшая вольная. Выглядела она совсем плохо – осунувщаяся, с глубоко запавшими глазами. Одним словом ходячий труп. Посмотрев на меня пристально, словно выискивая в моих глазах что-то недосказанное, Ягда произнесла: – Я готова на второй вариант.

Всё получилось, как я и рассчитывал. После возрождения болезнь покинула тело игрока, и наша пленница, внезапно для меня, села посреди защитной зоны и бесшумно расплакалась, сотрясаясь всем телом. Кто-то из бойцов опустился рядом с ней и обнял, прижав к себе рыдающую женщину. Ну а я, глядя на всё это, подумал о том, что Ягда, как только восстановит душевное равновесие, начнёт мстить. Вот только кому?

– Капитан, ну что, начинай приём бойцов. – негромко произнёс Онуфриев, как всегда подкравшийся откуда-то сбоку. Чёрт, когда же Дракот обзаведётся нормальным бронескафом, чтобы предупреждать меня как раз вот в таких случаях.

А потом у меня перед глазами один за другим повторились двадцать восемь... Нет, двадцать девять сообщений. Да, в первый раз игроку никто не может помешать в выборе фракции. Вот Ягда и воспользовалась такой возможностью.

Хм. Это что же получается, игроков настолько мало, что тридцать бойцов приравниваются к трём процентам от общего числа? Или учитываются ещё какие-то факторы, вроде маяков, званий, настроения счетоводов, луны в созвездии козерога... Тьфу, ересь всё это.

Повернувшись к Гролу, лежащему на каменном полу тоннеля, я нахмурился. Как проверить, не врёт ли он? Я же не могу залезть в его голову, приказать слушаться меня. Чёрт, бить его, что-ли? Или убить? То, что он возродится, это я уверен, вот только где? И не излечится ли его сумасшествие? Нет уж, возьмём с собой эту падаль. Пусть сидит в клетке.

– И почему я такой добрый.

– Капитан, ты что-то сказал? – рядом, словно по волшебству, возник Михаил.

– Добрый я, говорю, оттого у меня часто появляются проблемы, которых можно было избежать. Ладно, разберёмся.