Охота на пиранью

Ветерком тянуло от них за речку. Если там есть собака, непременно учуяла или учует в самом скором времени. Выразительно махнул рукой, приказывая двигаться вперед. Крался меж стволов, обратившись в слух.

Он не мог ошибаться — стрекотание сорок явственно сопровождало их параллельным курсом. Точнее говоря, не их, а того, кто перемещался следом за ними, двигаясь по ту сторону речки. Но какое же чутье, нюх, зрение должен иметь таящийся в засаде… или секрет тут в другом? Сам Мазур, располагая лишь данными от природы органами чувств, ни за что не смог бы столь искусно скрадывать противника — а на том берегу есть кто-то, есть, вон меж деревьев мелькнула сорока, пропала из виду, затрещала…

Аппаратура? Но какая?

Пора на что-то решаться. Легонько подтолкнув локтем толстяка, Мазур шепнул:

— Пойдешь первым…

Чугунков отчаянно замотал головой. Нехорошо осклабясь, Мазур поднял наган, чуть ли не уперев дуло в лоб. Бесполезно — толстяк трясся мелкой дрожью, потел, но все так же мотал башкой, и видно, что никакими угрозами не определить его в Александры Матросовы.

Ладно, не впервые ему приходится импровизировать на ходу…

— Пойдете через реку, — тихо сказал Мазур. — Все. Надеть куртки, капюшоны натянуть потуже, чтобы вас никак не распознали по рожам… Толстый, так и быть, идет последним.

— А ты? — спросила Ольга.

— А я переправляюсь чуть поодаль, — сказал Мазур. — И посмотрю, не вздумает ли кто вас обидеть… Устраивает такой расклад? тогда быстренько натягивайте куртки…

— Ну а если начнут стрелять? — прошептала Вика. Зрачки у нее были во всю радужку.

Мазур секунду подумал и сказал:

— К какой стороне окажетесь ближе, туда и кидайтесь. Только не разбегайтесь и не мечитесь. Окажетесь в лесу, бегите параллельно реке… всем ясно? Порядок такой: доктор-Вика-Ольга-толстый. И без дискуссий. Пройдете чуть вперед, речку будете переходить у во-он того камня… Марш!

Посмотрел им вслед, покривил губы. На месте толстяка он не спешил бы радоваться счастливому избавлению от печальной участи разведчика. Кто бы ни был на той стороне в такой вот ситуации, опытный охотник или опытный солдат, расклад один: первую пулю всегда получит последний, того, кто ближе остальных к вражескому берегу, можно и оставить напоследок…

Вновь вынул наган, не двигаясь с места, проверил, легко ли выходит из ножен тесак. Привычно подобрался. Кроме тревоги за Ольгу, никаких чувств не было.

Сорочье стрекотание удалялось вслед за вереницей людей в красных куртках — засада, как Мазур и предвидел, перемещалась. Сам он тоже прошел несколько метров, чтобы не упускать из виду приманку, на три четверти коей ему, откровенно говоря, было наплевать…

Вот и камень, угловатым, граненым бугром черневший на том берегу у самой воды.