Охота на пиранью

Я же сказал, вы будете без кандалов, дорога открыта…

— И она тоже? — Мазур кивнул на Ольгу.

— Конечно. Разлучать вас было бы слишком жестоко, не так ли? Кузьмич на моем месте обязательно процитировал бы что-нибудь из Писания — насчет того, что жена обязана повсюду сопровождать мужа своего… Но я, скажу по совести, не особенно крепок в вере. Вы оба, что-то мне подсказывает — тоже. Просто я предпочитаю играть честно. Ну не брать же вашу очаровательную жену в рабство или отдавать на потеху Кузьмичевым дикарям? Справедливости ради ей следует предоставить тот же шанс, что и вам. «Едина плоть», как-никак, если все же вернуться к Писанию…

Мазур переглянулся с Ольгой. Глаза у нее были испуганные, но собой владела — принужденно усмехнувшись, потянулась к бутылке шампанского. И горлышко всего лишь раз звякнуло о край бокала.

— А где тут подвох? — спросил Мазур.

— Нет здесь никакого подвоха. Абсолютно честная игра. Перед вами открыты все дороги, бегите, как японцы выражаются, на восемь сторон света…

— А вы — следом?"

"— А мы — следом. Как охотникам и положено. Нет, майор, вы мне положительно нравитесь. Мало того, что не кипятитесь, еще и ведете себя, как джентльмен, — ни единого грубого слова, ни единого неприглядного эпитета… — Прохор созерцал его с рассеянной улыбкой. — И даже, я бы сказал, повеселели. Тайга вас не пугает, а? Ну и великолепно. Заранее предвкушаю поистине царскую охоту… Угощайтесь, прошу вас. Нам нет никакой необходимости смотреть друг на друга зверьми, право. То, что мы оказались в этой игре по разные стороны, еще не означает, будто необходимо скалить клыки и плеваться… Давайте останемся благородными людьми, идет?

Мистер Кук открыл один глаз и хрипло промычал:

— Янки Дудль был в аду, говорит — прохлада…

И умолк. Мазур играл массивной вилкой. Пожалуй, и зорко следивший за ним пес не успеет помешать полету этой вилочки по немудреной траектории — прямо к глотке Прохора Петровича. А что потом? Даже если удастся нейтрализовать и пса — что потом? Да тот же бег по тайге — если повезет. Без обуви, без еды… нет, слишком много здесь стволов и лошадей. Не дадут пересечь долину. Гораздо проще подождать денек — и играть по тем правилам, какие предлагают, но с неизмеримо большими шансами…

— Вы мне положительно нравитесь, майор, — повторил Прохор. — Вообще-то, вы мне начали нравиться заочно — как только я узнал, что Кузьмич вас форменным образом возненавидел. У этой старой паскуды нюх потрясающий. Слабаки и слизняки у него вызывают не более чем тихое презрение — а вот чтобы заслужить его ненависть, нужно быть личностью…

— А он в охоте будет участвовать? — с надеждой спросил Мазур.

— Нет, к сожалению.