Охота на пиранью

— Любка, если разобраться, баба неплохая и душевная, вот только мужиков выбирать не умела отроду, не получается у нее, хоть ты тресни. Что первый муж, что Пашка… — она покосилась на Ольгу, смирнехонько ждавшую развязки, понизила голос. — А это кто… Может, правду говорят, что Пашка — женатый? Что у него в городе — законная? Я ж Любке, дуре, твердила…

Мазур приложил палец к губам и улыбнулся весьма таинственно:

— Служба, Дарья Петровна…

И, разведя руками, так ловко ухитрился дать задний ход, что общительная тетка не успела ничего больше спросить. Быстрыми шагами направился к дому с зелеными воротами, и впрямь требовавшему хозяйственной мужской руки: зеленая краска там и сям облезла, завернулась крупными чешуйками, нижняя петля калитки держится на одном гвозде, да и тот вот-вот выскочит, штакетник кое-где зияет дырами…

Он с ходу прошел на крыльцо, забарабанил в дверь. Внутри послышались приглушенные голоса, звук шагов. Дверь распахнула непутевая Любка — крупная и довольно сексапильная деваха лет двадцати пяти, рыженькая, заспанная и смущенной ничуть не выглядевшая. Запахнула короткий халатик, глянула с утренним, не набравшим еще разбега кокетством:

— Вам кого?

— Мне Пашу, — сказал Мазур. — И крайне желательно — побыстрее.

— Какого Пашу? — удивилась она очень натурально.

— Корабельного, — сказал Мазур и продемонстрировал удостоверение в закрытом виде. — Вы уж его поднимите быстренько, у нас дело серьезное…

Она мгновенно изменилась в лице, юркнула в дом, там послышался возбужденный шепот — и вскоре появился местный Казанова. Надо признать, он был великолепен — соломенные кудри из-под офицерской фуражки военно-морского флота с начищенной до сияния кокардой, черные клеша, чистейшая тельняшка и черный бушлат без погон, с красной нашивкой минного специалиста на рукаве. На тыльной стороне ладони правой руки — восходящее солнце, якорь и огромные буквы: «БАЛТИКА». Гляди ты, корешок, усмехнулся про себя Мазур. И произнес нейтрально-сухим, казенным тоном:

— Гражданин Шишигин?

— Ну, — спокойно сказал тот.

— Майор Мазаев, шантарский уголовный розыск, — уже заученно выдал Мазур. — Пойдемте.

— Куда?

— На судно, гражданин Шишигин, на судно… И — в леспромхоз. Вещи какие-нибудь с вами есть?

— Да никаких таких…

— Вот и прекрасно, — не давая опомниться, Мазур крепко взял его за локоть и потянул с крыльца.

Ошеломленный таким напором, отставной балтиец опомнился уже на земле:

— Нет, а в чем дело-то?

— Вот в леспромхозе вам все и объяснят, — непреклонно сказал Мазур. — Пошли-пошли. Неподчинение милиции хотите заработать вдобавок ко всему?

— Это к чему это? — попытался встрепенуться балтиец, но Мазур уже выдавил его за калитку.